Текст предоставлен подписчиком, пожелавшим назваться Ивалекс.
Мои только правки, да и то минимальные.
Ребята, я читал и душа радовалась, хоть и не разу не рыбак!
Рекомендую дочитать... Нет. Настоятельно рекомендую дочитать до конца!!! Прошу подписаться. Буду рад комментариям.
1. Может быть...
Может быть, я не к месту. Но вспомнился один мой полет с другом Виктором на, не помню каком, но на самолете это точно. Рейс из Москвы в Астрахань, Собирались там рыбку половить.
Мой товарищ, зачем-то, в дорогу воблу взял (плохая примета - нельзя брать на рыбалку рыбу ни в каком виде). Сидим на своих местах, самолет стартанул, набрал нужную высоту. Сидим, каждый думает о чём-то своем. Я о том, что вдруг много рыбы поймаю (у меня ведь аж целых две снасти: удочка и спиннинг) и что потом буду с ней делать? Да ещё в таком кол-ве? Крепко задумался.
О чем думал Виктор? По выражению его лица - ни о чем. Мысль ловит, подумал я. Но тут он, молча, неторопливо, что свойственно его манере поведения, стал доставать из своего рюкзака воблу. Достал, помял её, испытал столик на прочность. Запах - на весь салон!
Тут к нам подходит стюардесса. «Во попали!», - подумал я. Но она скромно так, можно сказать застенчиво, попросила всего лишь угоститься. Мой товарищ, молча, медленно достает ещё две штуки и, естественно, вручает их ей.
Прошло минут 10 Девушка возвращается к нам со сверкающей улыбкой и с двумя бутылками «Жигулевского» на подносе: "Это вам от экипажа". Наши соседи, через проход, впали в ступор.
2. Наше, то еще место
Прилетели мы в Астрахань. Автобус. Едим по какому-то маршруту, известному только моему другу Виктору. Он в этих краях не раз бывал. Полностью ему доверился. Изначально мы хотели порыбачить на одном из многочисленных островов волжской губы. Бросить там свои кости, где-то на недельку, на вторую.
Но планы Виктора, неожиданно изменились в тот самый момент, когда он стал всматриваться в небо и наконец, о чем-то подумал. Едем на Ахтубу!
На Ахтубу, так на Ахтубу. Поехали на Ахтубу. Ехали долго (Волжская ГЭС – меня потрясла своим гигантизмом, когда проезжали по платине). В общем, оказались мы в какой-то глухомани. Деревушка, жителей мало. Да и те разделены на два лагеря: русский и татарский.
Понтонный мост через Ахтубу. Перед мостом (вверх по течению реки)-широкий плес, где-то на 200-300 метров. Остальной участок реки неширокий.
Посмотрели на него, на плес, красота! Жерех резвится, косяки рыбёшек то и дело выпрыгивают из воды, спасаясь от хищников (кстати, жерех – хоть рыба из семейства карповых, но хищник). Перешли мы на другой берег, поставили палатку. Вечереет. Развели костер. Вскипятили речную воду в котелке, она коричневого цвета, но не мутная. Заварили в ней довольно крепкий чай!!! Мне показалось вкуснее этого чая я никогда ничего подобного не пил.
Тихий теплый сентябрьский вечер, первые звезды на небе. Чего еще надо человеку в отпуске?
Мы в Раю! Но… скоро, буквально на следующий день, всё в корне изменится.
3. Тогда мы этого не знали...
Тогда мы этого еще не знали. Переоделись во всё рыбацкое, в то, чего не жалко.
Перекусили сухомяткой, запили её вкуснейшим на всем белом свете чаем. Вином или прочими подобными напитками, или как-то, спиртом, на рыбалке мы не балуемся. Аксиому никто для нас не отменял – хорошая рыбалка с алкоголем не совместима от слова «совсем». Да и некогда - скоро остатки солнышка совсем спрячутся за горизонтом забугорным. Сначала дело, а уж потом, всё остальное.
Да и вообще, нам было нетерпёж, уж очень хотелось скорее порыбачить, чтобы потом с чувством глубокого удовлетворения забыться сладким сном. Завели будильник на утреннюю зорьку, и пошли, каждый по своим очень нужным делам:
Виктор на разведку со спиннингом, классный такой спиннинг. Был (не то, что у меня!);.
Ну а я с большим удовольствием на охоту лягушиную с сачком поскакал, видать чай придал мне энергии. А вот хотя бы банку, или пакетик с собой взять на эту охоту я не додумался. Их, лягушек, громкое кваканье давеча ну очень мешало нашему мирному пионерскому разговору! Достали они нас – это мягко сказано.
Приходилось часто «чявокать» друг другу, когда обсуждали секретную вечернюю тактику нашей ловли. Аудиозапись хора этих земноводных могла бы, при желании, нас сделать богатыми людьми таки, будь мы умнее. Да и сейчас я с удовольствием иногда слушаю эти сладкие песни в исполнении этих тварей (благо в инете всё найдёшь).
Да, о чем это я? А... Услышав радостный крик Виктора «ЕСТЬ!!!» понял, что он поймал хорошего жереха. Его вопль меня воодушевил. С двойной энергией принялся за охоту на этих, неожиданно для меня шустрых, лягушек-жаб. Громкое «Ура» в сторону Виктора вырвалось из моей гортани – в моем сачке громадная жаба. Так одной - же мало. У Виктора 6 штук донок на сомов. Надо ещё 5 поймать. Мать честная, а я не знаю, что с одной-то делать.
Тары нет! Возвращаться назад? - Совсем стемнеет! А в плане нашем четко прописано суровым сухим армейским языком – на ночь донкам на сома быть!
Сообразил что делать (я же конструктор)! На куртке моей спереди большой карман с клапаном сверху, но пуговицы на кармане давно утеряны. Прикрепил к петелькам клапана пару мокрых толстых сучков с ветками. Хранилище, таким образом, всегда будет закрыто. И ни одна тварь не выпрыгнет.
План ловли земноводных перевыполнил - 7 лягушек и одна жаба. От Виктора «ЕСТЬ» больше не слышал.
Забираюсь в палатку со своим уловом, нахожу садок для жаб, и тут залезает понурый Виктор, сначала было испугался, потом: «Ты чего в сучках?».
«А ты чего такой расстроенный? Смотри сколько я тебе лягушек поймал»
Поднимаю клапан с ветками, а эти, (ну не твари ли?) как по команде, все до единой разом выпрыгивают из моего кармана. Настроение у друга заметно улучшилось. Тем более, когда он передо мной похвастался хорошим жерехом. Вот и славно. Пятерых земноводных отловили, остальные (точно, твари) сбежали.
Далее в сокращенном варианте
Пошли мы с нашими лягами и пятью донками на пологий глинистый берег реки. Вбили колья в грунт, закинули снасть с грузами поверх лягушек, повесили колокольчики и с чувством выполненного долга под звуки кваканья наших закинутых “красавиц” (а там воздуха-то нет!!!) потопали к палатке спать до рассвета. Во сне мне снились звонящие колокола.
Утро. Двух донок недосчитались. Они улетели в речной омут вместе с привязанными к ним кольями. Остались от них только быстросъёмные колокольчики. Они упали в воду рядом с берегом. На двух других наживки то-ли сами отцепились, то-ли их кто-то сожрал (слишком громко квакали наверное). А вот пятая донка своим крючком за что-то зацепилась. Дергали, дергали - все впустую. Решили оставить её пока в покое. Уж очень кушать хотелось.
Еще короче:
Там на пятой точке сидел 2-х метровый сом, проглотивший нашу громогласную жабу;
Как мы его вытаскивали;
Как клянчили какое-нибудь корыто у местных (тамошний хозяйственный магазин навсегда “закрыт на ремонт”). Корыто, оно , чтобы в нем сома засолить (никто его нам так и не продал;
Как два местных “бизнесмена” на “Макаке" предлагали нам тазик за небольшую от нас им мзду в виде двух бутылок местного самогона;
Как потом они просили опохмелиться; Им был дан отказ по причине отсутствия “лекарства”.
Как они у Виктора за это опустошили его рюкзак (деньги, чистая одежда, папиросы – все, кроме паспорта), умыкнули его хороший такой спиннинг, удочку, не побрезговали подвешенным в марлевом мешке его жерехом, при этом оставили записку ”Спасибо, мы еще вернемся” (сами мы были где-то в километре ниже, закидывали донки). Мои вещи и деньги не тронули.
Как он, разгневанный, побежал в деревню (она по другую сторону реки) искать хозяев арендованного нами тазика. Вернувшись, удивленно: ”Они там все в этой деревне на одно лицо!”
Какой была ночь кошмара;
Думали - местные пришли, растяжки палатные нам топорами перерубают. А то были дикие коровы. Повалили палатку, поляну заминировали. В одну из мин Виктор угодил спиной - сколько было ужаса и печали в его глазах! Потому как он, босс, решил завтра утром линять от сель. А линять ему в чем? В рваных штанах и вонючей куртке?
Как шофер автобуса спасал нас от местных;
Как над нами смеялся весь Аэровокзал;
Как нам автоматически включался “зелёный свет” везде - лишь-бы не задерживались.
Апофеоз!!!
На верху трапа у входа в салон самолёта “ба, знакомые все лица!” стоит как изваяние с выпученными глазами та самая проводница, но уже без пива!
P . S . То был месяц сентябрь, его середина...