Привыкший к разнузданной жизни Александр Пушкин периодически попадал в интересные ситуации. Количество его вызовов на дуэль близко к двум десяткам, а сколько раз он в пух и прах проигрывался в карты... это просто какой-то бич того времени. Вероятно, за отсутствием большого количества других ярких способов потрепать себе нервы. Вот карты-то и общая рассеянность привели к проблемам с «Евгением Онегиным».
#история одного писателя #пушкин #поэзия #книги #писатели #книжный блог #александр пушкин #чтение #литература #интересные факты
«Евгений Онегин», как и многие произведения, публиковался частями. Мне лично это странно, поскольку я не представляю как можно не отредактировать текст после написания последней главы – наверняка же будут места, которые захочется логически «причесать». Но я не об этом вообще-то.
К моменту начала нашей истории было опубликовано четыре главы. Пятая написана, но еще не издана. Александр Пушкин играл в карты и, как это бывало, проигрался. Причем не кому-то, а тестю своего брата Льва. Проиграл деньги, но очень хотел вернуть их назад. В азарте он поставил на кон пятую главу великой поэмы. В принципе, ее можно «монетизировать»: одна строка стоила 25 рублей. И издатель ее ждал. Поэту не повезло, рукопись отправилась вслед за деньгами. Тогда Пушкин подумал и решил, что поставит на кон ящик с дуэльными пистолетами (интересно, что бы пошло в ход дальше), но тут удача повернулась к нему лицом: он отыграл обратно и рукопись и деньги.
Через некоторое время поэт засобирался в Петербург. С собой он вез рукопись и по дороге умудрился потерять ее. Что делать? Как восстановить? Это ведь не три абзаца текста, а черновиков уже нет...
На выручку пришел брат Лев. Он был секретарем Пушкина и обладал феноменальной памятью. Прочитав лист текста, он мог частично восстановить его. С пятой главой повезло: он читал ее, а также слышал в исполнении Александра. Поэтому то, как выглядит многострадальная пятая глава, мы видим благодаря второму Пушкину. Интересно, что его память подменила? Как бы выглядел текст, если бы старший Пушкин не потерял его?
Конечно, об этом не распространялись. О происшествии знали только близкие. Потом, сильно позже, тесть Льва Сергеевича, зная детали, рассказал все журналисту Николаю Кичееву. А он уже написал в мартовскую книжку журнала «Русская старина» за 1874 год заметку «Судьба пятой главы «Евгения Онегина».
В каждой главе есть строки, известные всем. Но в пятой, например, есть вот эти:
Зима!.. Крестьянин, торжествуя,
На дровнях обновляет путь;
Его лошадка, снег почуя,
Плетется рысью как-нибудь;
Бразды пушистые взрывая,
Летит кибитка удалая;
Ямщик сидит на облучке
В тулупе, в красном кушаке.
Вот бегает дворовый мальчик,
В салазки жучку посадив,
Себя в коня преобразив;
Шалун уж заморозил пальчик:
Ему и больно и смешно,
А мать грозит ему в окно…
Узнала эту историю и читаю эти строки теперь немного иначе. С недоверием. Конечно, поэт наверняка редактировал то, что прислал ему младший брат, но все же интересно узнать отличия оригинального текста от итогового. Жаль, что это не произойдет никогда.
Как думаете, сильно изменился текст относительно оригинала? Возможна ли такая фотографическая память?
Спасибо за внимание, не забывайте ставить лайки и подписываться. Здесь я рассказываю про книги, литературу, писателей.