«Все мы родом из детства» - эта известная, наверное, практически всем людям фраза, из знаменитого и любимого многими произведения «Маленький принц» автора Антуан де Сент Экзюпери, так часто приходит на ум, особенно, когда детство остаётся далеко позади… Следом приходят другие, не менее известные строчки «Куда уходит детство-в какие города, и где найти нам средство, чтоб вновь попасть туда…» (А.Зацепин – Л.Дербенёв) из к/ф «Фантазии Веснухина»-двухсерийный фильм 1977 года… Они будоражат нас, задевая самые потаённые струны Души и мы понимаем, что средство есть, но одно единственное - это ПАМЯТЬ! Собственная и память друзей. Именно там остались Вовчики, Наташки, Сашки, Леночки и все те прозвища, которые делали мир детворы таким своим, и все те моменты, которыми мы гордимся потом всю оставшуюся Жизнь. А Жизнь – такая хитрая штука, что иногда, как-то вдруг, наступает минута, когда нестерпимо хочется рассказать хоть кому-то историю своего детства, или написать…И люди пишут.
Мне написала читательница моего канала Любовь Платоновна 74лет, которая нередко оставляет свои комментарии, их вы сможете прочитать в моих рассказах, если появится такое желание. Придав информации тот формат, который, с моей точки зрения, наиболее удобен для чтения на площадке Дзена, я делюсь с вами этим искренним, чистым рассказом о жизни милой и простой деревенской девчонки.
…Родилась я в посёлке Степное, недалеко от достаточно крупного промышленного города. И моё детство было просто замечательное! У нас была большая компания, с которой мы и в лес ходили, и на речку, и в ночное. На ночном я хочу остановиться особо, потому что я очень любила лошадей. Они такие умные! А губы их, когда они брали какое-нибудь лакомство – корочку подсолённого хлеба или яблока, были мягкие, как бархат, и добрые – добрые…Но мы не только просто катались на них, мы ещё на них и работали. Не всякому доверяли быть верхом и что-то делать. Ведь конь очень сильное животное и если с ним не сладишь, то так копытом поддаст, что всех богов вспомнишь… Но мне доверили коня! Я их очень хорошо понимала и умела ухаживать за ними. И потому я очень захотела, чтобы написали про меня тогдашнюю- семнадцати лет. А именно про один из ярких эпизодов жизни на селе – о сенокосе, где я выполняла очень важную работу.
То, что в деревне, посёлке сенокос –дело больше , чем дело, вы все читали, знаете по фильмам, или просто, может быть, сами косили. Это значимое для посёлка событие наступало в июле. Считали, что лучше всего начинать заготавливать сено после Петрова дня и до Прокла, то есть 25 июля. И сенокос был не просто важным этапом жизни деревни, но и самой приятной работой, наполненной весельями и думами о будущем: хватит ли сена на зиму, чтоб животинка была сытая, а может останутся излишки для какого-то натурального обмена, молодёжь же, как и положено молодым, вовсю искали свою половинку на вечерних посиделках и думали о будущих свадьбах и т.д.
Небольшая справка для горожан:
На дальние луга отправлялись всей семьей. Процесс начинался с первыми лучами солнца. Мужчины ставили шалаши – в них только провизию хранили, да прятались от дождя. Спать же укладывались под навесами из холщовой материи. А на утро, с первой росой – за работу. Недаром говорили: «Чем росистее трава, тем легче косить». Косцы шли по 5-6 человек, друг за другом, соревновались, стараясь выдерживать захват побольше, чтобы валок сочной травы получался потолще, а прокос – пошире. После хорошего косца луг оставался ровным, а работа вкупе с умением и сноровкой доставляла истинное удовольствие. Обернется косец назад – сердце радуется. А женщины и девушки взбивали полученные пласты граблями, помогая тем самым будущему сену быстрее просушиться. И так до самого позднего вечера в условиях палящего солнца. После скошенное и взбитое сено укладывалось многочисленными грядами, которые в свою очередь собирались в копны.
Участвовали в сенокосе все: от мала до велика. Но я сейчас говорю не о колхозе-совхозе, а о обычном крестьянском хозяйстве, которое вели мы с мамой, отцом и братом. Делали мы так: после того, как траву скосили, и она высохла, мы складывали её в копны. Было это, в зависимости от погоды, дней пять – семь. Затем выбирали день, чтобы не было дождя. Естественно, раньше не было метеосводок, и мы ориентировались на приметы.
Например, такие: Лягушки громко квакают – к ясной погоде, тихо – к дождю. Если оказаться около водоема вечером, то можно понять, какая погода установится завтра. Услышали концерт из трелей? Это земноводные радуются будущей ясной погоде. Глухое кваканье предвещает пасмурный день, лягушки выбираются на берег из воды и вещают миру свой унылый прогноз.
Как это объяснить: оказывается, лягушки – барометры еще те. У них перед дождем даже цвет кожи меняется, появляется сероватый оттенок или желтый (к ветру). Организм земноводного готовится к погодным условиям заранее.
Воробьи купаются в пыли – к дождю. Эти проворные птички стали героями не одной приметы. Они отличаются особой чувствительностью к погодным условиям, поэтому в былые времена по воробьям определяли, будет ли зима морозной, лето засушливой или день дождливым и много ещё чего…
Определив день, когда не будет дождя мы выезжали на метание сена в стог. Место для стога выбирали ровное, чтоб стог мог крепко стоять. А затем, уже собранные копны, ( копна — уплотнённая конусообразная куча сена или соломы , обычно складываемая на месте уборки. Копна имеет значительно меньший размер по сравнению со стогом и скирдой. Копна — производное от «копить» (от устаревшего «копа» — куча сена , ржи) в значении «сгребать») по одной, мы возили к будущему стогу. Для этого отец обвязывал её верёвкой, затем верёвку цеплял к лошади и я, верхом на лошади, медленно везла её к определённому заранее месту, где копёшку оставляла и двигалась назад. Моя мама в это время сгребала все травиночки, которые остались после того, как я увезла копёшку и, собрав их, несла к будущему стогу и укладывала на уже привезённые. Таким образом, мы делали фундамент будущего стога. Этот фундамент состоял приблизительно из семи-восьми копёшек. А всего в стог складывалось около штук двадцати пяти – тридцать копёшек. Дальше было самое главное – так сделать стог, чтобы его ни ветром не разметало, ни дождём не промочило.
Дело это требовало особенного мастерства - в каждом хозяйстве был свой «специалист» по укладке стога, у которого стога получались красивыми и ровными. Над кривыми стогами посмеивались: «Каков стогарь, таков и стожок». Мне, приученной с детства такой труд был только в радость. И я горжусь тем, что в нашей семье именно я умела красиво уложить стог. Делалось так:
отец вилами, после того как были уложены в основание небольшие навильники ( т.е. охапка, порция сена, которую можно поддеть вилами. С мешка травы получалось подсохшего сена – навильник. А.И.Солженицин, «Матрёнин двор», 1960г.) подавал мне их наверх, а я принимала и укладывала. Были при укладке свои секреты: стога делали высокими, а их навершие укладывали с особенным старанием, разрывая заброшенные охапки на более мелкие и укладывая сначала по кругу, а потом и в центр стога. Хорошо сложенное навершие дождик уж точно не пробьет, а значит, сено не сгниет, и труды не окажутся напрасными. Не просто было мне слезть с высокого стога. Но для облегчения спуска, через вершину перекидывали верёвку, которую держал отец, стоящий на земле, а я, держась за неё, упираясь ногами в стог, осторожно, чтобы «не поехало» навершие, но быстро, спускалась с другой стороны. Молодое тело отлично слушалось меня и я горжусь, вспоминая эти минуты.
К сожалению, или так было задумано Судьбой, но я, как и многие другие из молодых ребят и девчат, вскорости уехала в город, где и прожила всю оставшуюся жизнь Здесь я живу и сейчас. Но когда наступает весна или осень, то непременно пробуждаются эти воспоминания о золотых днях моей молодости, которыми я поделилась. И в душе звучат слова популярной песни:
Родная моя деревенька-колхозница
Смущённой улыбкой меня обожгла,
К тебе моё сердце по-прежнему просится,
А я всё не еду — дела и дела.
К тебе моё сердце по-прежнему просится,
А я всё не еду — дела и дела…
Вот такая жизненная история...Всё просто, может быть скажите ВЫ, но именно так и течёт наша Жизнь....