Всем известно выражение "Один в поле не воин". В 1941 году лейтенант З. Г. Колобанов доказал всему миру, что один в поле все же воин!
Все началось 18 августа 1941 года. В тот злополучный день командир дивизии генерал-майор В. Баранов вызвал к себе Колобанова для того, чтобы лично отдать приказ, о перекрытии любой ценой трех дорог, которые вели к Красногвардейску со стороны Кингисеппа, Волосово и Луги.
Приказ есть приказ. Колобанов на своем КВ-1Э (Э - экранированный) и еще 5 танков КВ-1 выдвинулись на защиту того самого перекрестка. Загружены танки были под завязку. Каждый экипаж взял с собой аж по 2 боекомплекта бронебойных снарядов.
Зиновий Колобанов лично провел со своими экипажами рекогносцировку местности, отдав указания о том, где именно следует оборудовать позиции для каждого из танков. При этом Колобанов предусмотрительно заставил танкистов оборудовать по 2 капонира (один основной и запасной) и тщательно замаскировать позиции. Стоит отметить, что Колобанов был уже достаточно опытным танкистом. Он прошел с боями финскую войну, трижды горел в танке, но всегда возвращался в строй. С задачей перекрыть три дороги, ведущие к Красногвардейску, мог справиться только он.
Колобанов оборудовал свою позицию примерно в 150 метрах от шоссе. При этом был оборудован глубокий капонир, который скрывал машину так, что торчала лишь башня.
Позиция Колобанова и его КВ-1Э располагалась на небольшой высоте на расстоянии в 150 метров от развилки дорог. С данной позиции был хорошо виден «Ориентир №1» две березы, растущие у дороги, и примерно в 300 метрах от Т-образного перекрестка, который был обозначен как «Ориентир №2». Всего простреливаемый участок дороги составлял примерно километр.
Выбор места был обусловлен тем, что отсюда можно было вести огонь по двум направлениям. Это было важно, так как противник мог выйти на дорогу на Мариенбург либо по дороге от Сяськелево либо от Войсковиц.
20 августа 1941 года экипаж Колобанова был разбужен гулом идущих на большой высоте в сторону Ленинграда немецких бомбардировщиков Ju-88. Около 14:00 20 августа после безрезультатно закончившейся для немцев авиаразведки по приморской дороге на совхоз Войсковицы проехали немецкие мотоциклисты. За мотоциклистами показались и сами танки Pz.III. Люки у них были открыты, и часть танкистов сидела на броне.
За те полторы, две минуты, пока головной танк врага преодолевал расстояние до перекрестка, Колобанов успел убедиться, что в колонне нет тяжелых танков противника. Как только головная машина достигла ориентира №1, Колобанов приказал открыть огонь.
Головной танк загорелся с первого выстрела. Вторым выстрелом, прямо на перекрестке, был разбит второй танк. Колобанов приказал перенести огонь на хвост колонны, чтобы окончательно запереть ее на дороге. Подбив танки в голове, середине и конце колонны, старший лейтенант Колобанов не только перекрыл дорогу с обеих сторон, но и лишил противника возможности съехать на дорогу, которая вела на Войсковицы.
Противник оказался в ловушке!
Началась танковая дуэль одного КВ против двадцати двух немецких танков. На машину Колобанова обрушился целый град бронебойных снарядов. Но сделать что-то окопанному по башню советскому тяжелому танку, который был оборудован дополнительными 25-мм экранами, они не смогли.
В ходе сражения немецкая противотанковое орудие произвело несколько попаданий по танку, что привело к выведению из строя перископа, в который наблюдал Колобанов. А так же одно из попаданий заклинило башню. Но вскоре данное орудие вместе с расчетом было уничтожено.
Большие довороты орудия вправо и влево можно было теперь делать только путем поворота всего корпуса танка. Колобанов приказал старшему механику-водителю вывести танк из капонира и занять запасную огневую позицию. На глазах у немцев танк задним ходом выбрался из своего укрытия, отъехал в сторону, встал в кустах и вновь открыл огонь по колонне.
Наконец бой был окончен, а все 22 боевые машины были уничтожены. Бой длился всего 30 минут, но за это время экипаж Колобанова смог разбить немецкую танковую колонну. Из взятого на борт двойного боекомплекта Колобанов расстрелял 98 бронебойных снарядов. А осталось лишь 12 снарядов.
На втором этапе боя на танке Колобанова были разбиты все приборы наблюдения и заклинена башня. После того как танк вышел из боя экипаж насчитал на нем более 100 попаданий (в различных источниках количество вмятин на броне приводится разное: 135 , 147 либо 156 ).