На календаре было 29 декабря 1988 года и мы, студентки-первокурсницы готовились к первой в своей жизни сессии. Студенческая жизнь – особое время в жизни каждого. У кого-то начинаются первые симпатии, кто-то вырвался из-под опеки родителей и отрывался на всю катушку, мы же предпочитали учиться. Так уж случилось, что нас троих - дальних иногородних поселили вместе.
Маришка – веселая, красивая брюнетка с огромными черными глазами приехала поступать из Норильска. Родители Маришки работали в компании «Норильский никель» и после выхода на северную пенсию собирались переезжать в Ижморский район, организовать фермерское хозяйство. А пока там на обширных землях жила Маришкина бабушка. Маришка была очень активной девушкой, вокруг нее всегда была толпа. Ей бы в театральный, но она любила химию до умопомрачения и поступать приехала по зову сердца.
Валя – высокая худая блондинка с обычным лицом, если встретишь на улице – не запомнишь. Было у Вали одно увлечение, она была спортсменкой – волейболисткой, несколько лет училась в школе олимпийского резерва в Благовещенске и подавала большие надежды. Но родители развелись, и Валя переехала с мамой жить к родителям мамы в один из городов Кузбасса. Ей было все равно, куда и на какую специальность поступать, раз уж ее мечте - стать знаменитой спортсменкой, не суждено было сбыться.
Я была самой маленькой из девчонок во всех смыслах этого слова, мой рост был всего лишь 152 см и на тот момент мне еще и 17 лет не исполнилось. Я приехала из Якутии поступать в художественное училище. Моей мечтой было стать художником-оформителем или на крайний случай декоратором, про специальность дизайнера в то время никто не слышал. Я привезла ссобой целую папку рисунков из художественной школы. Но теперь она осталась лежать заброшенной и как я думала в тот момент жизни - никому не нужная. Но мои родители настояли на институте. Еще я привезла ссобой из Якутии целую шкатулку украшений из местного золота. Я относилась к нему легко, видела как его «снимают» на промприборе на прииске и несколько раз находила в карьерах небольшие комочки металла, которые в то время были в доме у каждого просто как сувениры. И сегодня история именно об этом драгметалле, которое так любят цыганский народ, жадный до всяких «побрякушек».
Сразу расскажу о нашем финансовом положении. Валя жила на стипендию, иногда мама, а иногда бабушка давали ей небольшие суммы денег, но в основном она выкручивалась сама как могла. А вот нам с Маришкой родители с Севера регулярно присылали переводы на расходы, когда 100, а когда и 200 рублей. Общая сумма получалась приличной, когда 150, а когда и 250 рублей в месяц. Для того времени, когда зарплата рядового инженера была 110 рублей, а наши стипендии 40, это были огромные деньжищи, и я не представляла, куда бы я могла их потратить, все время проводя в стенах института и занимаясь учебой. Но приближался новый год и мы еще не решили кто из нас, где и с кем его будет встречать. Деньги были. Осталось найти компанию и определиться с местом.
Итак, 29 декабря. Мы с Валей пришли с консультаций и занялись каждый своими делами: она читала вслух конспекты, я слушала и заодно готовила ужин – была моя очередь дежурить «по кухне». Маришка задержалась в институте, она была финоргом нашей группы, и сегодня осталась в очереди таких же, как она финоргов получать стипендию на всю группу.
В декабре в Сибири темнеет очень рано. Не могу точно сказать, сколько было времени, когда открылась дверь нашей комнаты общежития и в нее медленно зашла Маришка. На нее страшно было смотреть: по лицу текли черные потоки слез и она, всхлипывая, упала на свою кровать прям в шубе и завыла страшным голосом.
Мы с Валей, разом побросав все свои дела, кинулись к Маришке.
- Марина, что случилось? Кто-то умер?
- Ты чего так ревешь? Можешь сказать хоть что-то?
Мы трясли Маришку, а она ревела булугой и размазывала по лицу остатки туши.
- Да скажи ты, наконец, что случилось? Чего ревешь то?
- Марина, тебя кто-то обидел? Ударил? Изнасиловал?
От наших расспросов Маришка заревела еще сильнее.
В комнату заглянули соседские девчонки из параллельной группы:
- Девчонки, что у вас случилось? Что за рев?
- Деньги-и-и-и…… - Маришка захлебывалась слезами и не могла произнести ни слова.
Я набрала полный стакан воды. Сначала хотела подать его Марине, чтоб она успокоилась, потом передумала и со всего размаха выплеснула ей его в лицо. Глаза Маришки округлились, но реветь она перестала сразу.
- Да ты чего, сдурела что-ли? Я же теперь вся мокрая! – она сразу начала нормально разговаривать.
- Ну вот, вроде успокоилась, рассказывай давай, что там у тебя стряслось? Что с деньгами? Потеряла?
Губы Маришки скривились, и было понятно, что она сейчас опять заплачет. Я метнулась к чайнику. Маришка сразу поняла мой жест.
- Там на вокзале цыганки…
- Так, хватит эмоций, рассказывай все быстро по порядку. Ты получила стипешку на группу?
Маринка кивнула головой и не смотрела на нас.
- Так, дальше. Из кассы ты должна была пойти в общагу, чтоб раздать по ведомости деньги. Так?
Маришка снова кивнула.
- Ну и дальше что? Мне из тебя каждое слово вытягивать?
- Лар, да подожди ты, не ори, видишь она не в себе, - Валя пыталась заступиться за Маришку.
Но девчонки в дверях уже сгорали от любопытства.
- Давай рассказывай, какой черт понес тебя на вокзал с деньгами? – я уже поняла что было дальше.
- Она попросила только три копейки ребенку на молокооооо, - заныла Маришка.
- Понятно. Дальше?
- Я дала монету, а она вернула мне ее обратно и сказала завернуть ее в бумажную деньгу, что она с меня снимет какую-то порчу. По щекам Маришки снова потекли слезы.
- Я завернула три копейки в рубль и держала его у себя в руке. Она сказала крепко его зажать. Я зажала. А она дунула на мою руку и все. Я разжала ладонь, а денег нет.
- Нашла из-за чего реветь, из-за рубля, - Светка из соседней группы усмехнувшись ушла.
- Да и правда, сама дура, - следом за ней убежала Ольга.
Я молча закрыла за ними дверь на ключ. Хорошо, что они ушли и ничего не поняли, потом разговоров будет на весь семестр.
Валя присела рядом с Маришкой на кровать и стала снимать с нее короткую беличью шубку, на которую попала вода. А я достала теплые брюки, и, подпрыгивая на одной ноге, пытаясь одеться, задавала Маришке вопросы:
- Как давно это произошло? Сколько времени прошло после этого? Как долго ты бродила по улице до того, как вернуться в общагу? Сколько цыганок там при этом было? И главное – сколько денег они у тебя вытащили?
Маришка сначала пыталась зареветь. Но я рявкнула: «Говори быстро, четко и ясно. А ты одевайся» - кивок Вале. Валя все поняла с полувзгляда и метнулась за курткой.
- Лара, я не поняла, как так получилось. Я помню только эти три копейки и рубль, а дальше все как во сне. Когда очнулась, шла вдоль киосков от вокзала. Залезла в сумку, билет до Ижморки лежал целый, не было моего кошелька и пакета с деньгами группы, а еще пропала цепочка с кулоном и кольцо. Получается, что я сама отдала все деньги цыганке. Что мне теперь дела-а-а-ать? А что я группе скажу? Где взять столько денег? - и Маришка снова зарыдала.
У Маришки было много разных украшений, в том числе бижутерии, но именно сегодня она одела золотые. Так, понятно. Денег пропало прилично, больше тысячи, да еще и золото… Золото. Я вспомнила про украшения, подбежала к свей полке, достала шкатулку, открыла замочек и начала рыться в украшениях. Мне нужна была самая толстая золотая цепь и массивные кольца – печатки, сережки я не носила принципиально. Да и вообще не любила носить украшения, чаще всего они просто лежали в шкатулке. Но сегодня пришло их время.
Валя уже стояла одетая у двери. Я посмотрела на нее, кивнула головой и она вышла. Маринка, видя что мы собираемся уходить вцепилась в меня изо всех сил:
- Лара, не уходи, я боюсь.
- Марин, мы быстро, - я присела возле нее, - ты сейчас сходи в душ, переоденься и постарайся уснуть, мы закроем тебя на ключ, никто сюда не зайдет.
- Нет, я с вами, - она вскочила с кровати и начала натягивать мокрую шубку.
- Мариш, не заставляй меня ругаться, - я старалась говорить спокойно. – Там, куда мы идем тебе появляться сейчас нельзя совсем. Я тебе ничего не обещаю, но мы постараемся чем-то помочь. А ты выпей горячий чай и отдохни. Договорились?
Маришка кивнула головой и вытерла набежавшие слезы. Я повернула ключ в замке и выбежала следом за Валей из общаги.
На улице уже было темно, хоть до вечера еще и было далеко. Мы с Валей быстрым шагом шли от политеховских общежитий к автовокзалу. По дороге продумывали свои действия.
Переходя через дорогу, я сняла варежки, чтобы было видно массивные кольца и отдала их Вале, которая пошла вперед по тротуару вдоль киосков. А я осталась стоять возле автовокзала в толпе, просматривая дорожку, по которой мне предстояло пройти через несколько минут в поисках цыганки. Было понятно, что наткнуться именно на ту цыганку, у которой остались Маришкины украшения и наши деньги, нереально. Но мы искали другую, постарше и опытней.
Я выждала положенное время и медленным шагом продефелировала вдоль киосков. Зрелище было то еще: верхние пуговицы кроличьей шубки расстегнуты, несмотря на мороз, норковая шапка-ушанка, модная в то время и белая сумочка под мышкой, которую я крепко сжимала руками без варежек так, чтобы было видно весь арсенал крупных золотых колец на моих пальцах. В сумке не было абсолютно ничего, это была моя летняя сумка, которую я схватила с полки в последний момент перед выходом. Но я прижимала ее к себе так крепко, что можно было подумать, что я иду с крупной суммой денег. Вокруг вились цыганки. Их было много. Одни цеплялись к прохожим, ловя их за руки и предлагая свои услуги по гаданию, другие просили сигаретку или деньги на ребенка. На меня никто из них не обращал внимания!
Я дошла до конца привокзальной аллеи и зашла за крайний киоск, где меня ждала Валя. Народ торопился кто куда, все бежали по своим делам и никто не смотрел в нашу сторону.
- Валь, что делать, они ко мне не подходят? – я была в растерянности. Еще немного и наш план провалится.
- Давай попробуем еще раз. Иди теперь отсюда.
И я пошла. Снова той же самой дорогой обратно до автовокзала. Народу было по-прежнему много, начинался час пик. Я опять спокойно дошла до автовокзала, ни одна из цыганок ко мне не подошла.
Нужно было принимать какое-то решение, не маячить же мне тут туда-сюда весь вечер. Но Валя была на другом конце моего маршрута, и советоваться с ней не было времени. О сотовых телефонах в то время еще даже не слышали. Маришка была моей подругой, и ситуация сложилась крайне неприятная для всей группы, потерять стипендию группы за месяц – это был нонсенс. Последствия могли быть непредсказуемы, ведь приближался новый год и вся группа ждала стипендию, не всем могли помогать финансово родители так, как нам с Маришкой. И я, расстегнув оставшиеся пуговицы на шубе, чтобы были видны две золотые цепочки с большими подвесками, решительно шагнула вперед…
Я шла не торопясь сквозь толпу людей, к которым молодые цыганки тянули руки… Но меня они как-будто не замечали. Я не понимала что происходит. Половина пути была пройдена и никаких изменений. Больше ждать не было ни терпения, ни времени и я сделала шаг в сторону цыганки средних лет. Она была невысокой, примерно моего роста, но весовая категория была явно в ее пользу.
- А посмотрите, пожалуйста, выйду ли я замуж в ближайшее время? - обращаясь к цыганке, я протянула ей руку, унизанную кольцами.
Цыганка, глянув на руку и даже не прикоснувшись ко мне быстро проговорила:
- Выйдешь, выйдешь и очень скоро. И повернулась, чтобы уйти. Но я не могла вот так просто ее отпустить. Как же так? Ко всем пристают, всех хватают, а ко мне никакого внимания, почему?
Я не отступала. Одним прыжком догнав эту странную женщину, я схватила ее за рукав какого-то одеяния:
- Подождите, вы не сказали мне - кто будет моим мужем?
- Девочка, иди куда шла, не мешай работать, все узнаешь в свое время, - она пыталась от меня отмахнуться.
На моих глазах заблестели слезы. Я включила все свое актерское мастерство:
- Ну пожа-а-алуйста, помогите мне, я вам заплачу. Дело в том, что я не могу выбрать одного из двух, я их обоих люблю. Я безбожно врала. Цыганка видимо видела это. Она пристально смотрела на меня, а я, играя свою роль до конца, стала снимать одно из колец с пальца.
- Вот, пожалуйста, возьмите, только скажите мне за кого из них двоих мне нужно выходить замуж! – я настойчиво совала кольцо ей в руку.
- Ты что же это, сама определиться не можешь? – она сощурила свои черные глазищи и подозрительно уставилась на меня.
Я наоборот, распахнула свои наивные глаза еще шире, сделав придурковатый вид и покачала головой из стороны в сторону:
- Не могу… Поэтому и прошу, погадайте мне, пожалуйста!
Повисла долгая пауза. Я не чувствовала мороза, стоя без варежек и в распахнутой шубе, я ждала ее решения. Моя рука с протянутым ей золотым кольцом висела в воздухе несколько мгновений. За эти мгновения у меня в голове пронеслись сто тысяч мыслей и просьб ко всем святым. Только бы у меня все получилось!
- Оно хоть настоящее? – она схватила кольцо и внимательно начала его осматривать. За качество золота я не сомневалась, лишь бы она его взяла.
- Конечно! Это подарок одного из моих женихов, берите, оно из настоящего золота! – я придурочно ей улыбалась.
«Господи, пусть сегодня все получится! Я больше никогда и никому не буду врать!» - я мысленно молилась.
- Ну хорошо, показывай свою руку, - она протянула ко мне свою грязную ладонь.
- А давайте отойдем с дороги, мы мешаем прохожим, да и общаться проще, когда толпа тебя не обходит и не толкает. Пойдем вот сюда в сторонку.
Мне нужно было довести ее до киосков и завести за них. Я не знала, видит ли меня Валя, или просто ждет за киосками. Нужно было действовать, надеясь только на свою интуицию. Цыганка не собиралась никуда идти, она стояла не сходя с места и смотрела на меня. И тут внезапно, словно ниоткуда появился мой знакомый старшекурсник Витька Соломатин. Увидев меня с компании цыганки всю растрепанную, он сделал вывод, что меня надо спасать и стал втискиваться между нами, отталкивая цыганку:
- Ларка, ты чего это тут делаешь? Что ей от тебя надо? Пошли отсюда! А вы, женщина, идите себе дальше.
«Как сказать Витьке, что он сейчас провалит нам всю операцию?! Как от него отделаться? Как удержать цыганку, ведь она сейчас сбежит от меня еще и с моим кольцом? Откуда этого Витьку черти принесли?» - мысли в моей голове мелькали с космической скоростью!
И тут произошло невероятное! Я даже не могла предугадать такое развитие событий! Все произошло настолько быстро, что потом, вспоминая этот момент, я не могла описать что за чем происходило.
Цыганка, поняв, что у нее из под носа уводят выгодную клиентку, увешанную словно новогоднюю елку золотыми украшениями, кинулась на Витьку:
- А ну иди отсюда, куда шел! Сейчас порчу на тебя наведу. Пошли, девонька, - и она, схватив меня за руку сама потащила меня между киосками, где должна была быть Валя.
Дальше было все как во сне! Витька схватил меня за другую руку и тянул на себя. Я шипела на него как кошка и вырывалась. Валя была начеку. Схватив обалдевшую цыганку, приподняв ее под мышки она прижала ее к стенке киоска. Тетка пыталась кричать и пинаться. Валя со всего маха ударила ее под дых и она, выпучив глаза, стала хватать ртом воздух.
Я выдрала из ее руки свое кольцо и быстро засунула его в карман. Провела по бокам цыганской юбки. Сбоку чувствовалось, что где-то есть карман, битком набитый купюрами и монетами. В юбке его точно не было.
- Давай быстрей, чего ты там возишься, - Валя держала ее из последних сил. Цыганка начинала приходить в себя и пыталась вырваться и кричать что-то на своем языке. Я догадалась задрать юбку. Под ней была еще одна юбка и сбоку висел пришитый карман. Изо всех сил я за него дернула, он не поддавался. Цыганка снова начала пинаться и вырываться. Времени не оставалось – я рывком сдернула с нее юбку, к которой был пришит карман и засунула ее себе запазуху под шубу. Валя еще раз ударила тетку как следует и она мешком упала на снег.
- Бежим отсюда!
И мы побежали… Витька за нами.
Перебежав по пешеходному переходу Кузнецкий проспект, мы забежали во двор между пятиэтажками. Нужно было привести себя в порядок и успокоиться. Я вытащила тяжелую юбку из-под шубы и засунула ее в сумку. Туда же полетели мои кольца и цепочки. Ходить в темноте возле вокзала в таком наряде было опасно, несмотря на то, что с нами был Витька. Он ошалевшими глазами смотрел на нас с Валей:
- Девки, ну вы даете! И как давно вы промышляете таким способом заработать?
Мы посмотрели друг на друга и истерически расхохотались. Напряжение последних часов давало о себе знать.
- Ладно, пошлите в общагу, по дороге все тебе расскажем, - я застегнула шубу и одела варежки.
По дороге мы рассказали о беде, которая случилась с Маришкой.
- Вот же твари! – Витька не стеснялся в выражениях, - мало вы ей поддали. - Эх, если б знал заранее, я б добавил. А я подумал, что вы решили деньжат срубить таким рисковым способом. А зачем же одни-то пошли на вокзал? Надо было хоть парней взять. А если б они всем табором на вас навалились?
- Да некогда было думать, Ларка все на ходу придумала, потому и одни сюда прибежали.
В общаге было тихо, Маришка после стресса спала на своей кровати и проснулась только тогда, когда мы включили свет и начали раздеваться, вспоминая отдельные эпизоды сегодняшего дня.
Я кинула сумку ей на кровать:
- Мариш, ты посчитай сколько там есть. Остальное придется добавить из своих накопленных.
- А что там? – Маришка вскочила с кровати.
- Ну сама посмотри, - Валя начала психовать.
Маринка открыла мою сумку и увидев цветную бархатную цыганскую юбку побледнела:
- Девчонки, где вы это взяли? Вы где были? – ее начинало трясти.
- Господи, давай сюда уже, не дождешься тебя, - Валя начала выворачивать карманы юбки и кидать смятые купюры, монеты, колечки, сережки и цепочки горстями на кровать.
Маришка стояла бледная как стена и ее глаза начинали наполняться слезами.
- Две тысячи двести семьдесят шесть рублей и 50 копеек, - выдала Валя, - а еще горсть золотых украшений.
- Нифига себе, - я не смогла сдержать эмоции. Предлагаю золото сдать в ломбард, а деньги оставить на Новый год.
Пролог.
История описана на реальных событиях. Стипендию группе мы раздали на следующий день и рассказали все с подробностями всей группе. Тогда же и приняли решение: сдать цыганское золото в ломбард и остаться отмечать новый год в городе всей группой на эти деньги.
Вот так закончилось мое знакомство с цыганками. Узнав эту историю, мальчишки из нашей общаги несколько раз ходили к вокзалу «на промысел». И пару раз им даже «везло». Но потом цыганки все чаще попадались «пустые». Они стали передавать свою «добычу» мужчинам. А весной все киоски снесли, начали стройку павильона , который до сих пор стоит между двумя вокзалами.
Маришка всю свою жизнь до дрожи в коленях боится цыган. Мы общаемся с ней до сих пор, хотя нам уже скоро по 50 лет.
Валя на 3 курсе вышла замуж за Витьку и уехала с ним в Томскую область, переведясь на заочку. К сожалению, связь с ней мы не поддерживаем.
А замуж, как ни странно, я вышла, как и предсказывала цыганка - очень скоро, ровно через полгода, летом. И ко мне, за всю мою жизнь ни разу нигде не подходили цыганки. Чем уж я им так не нравлюсь, даже предположить не могу!