2008 год
Она каждый день приходила на одну и ту же скамью. Буквально проводила там все время последние 20 лет. По утрам читала газету прошедшего дня и выгуливала своего терьера Боба. А по вечерам наблюдала за детьми, играющими в парке, и влюбленными парами, которые менялись каждый час, словно птицы на ветках. В зной и холод Пожилая Дама брала свой полупрозрачный зонт. Он был настолько старым, что по бокам свисали белые нити. Но это была ее любимая вещь. У него даже есть имя – Тэд. И чехол. И своя тряпочка от пыли. И совсем неважно, было ли на улице -20 или +30, Пожилая Дама сидела на этой скамье с 7 утра и до 18 вечера, прерываясь только на обед и походы в уборную.
Боб преданно сидел возле ног хозяйки. Никогда не скулил и не лаял. Он провожал каждого прохожего таким надменным взглядом, будто осуждая за громкий стук о брусчатку. Ему было порядка 12 лет, видимо этим можно объяснить его спокойствие.
В ее взгляде была вся буря эмоций – от большой любви до глубокого удивления. Но лицо оставалось неизменно сдержанным. Только легкая улыбка иногда проскальзывала при чтении новостей.
Пожилая дама жила одна в доме 19 века напротив парка. Это была маленькая однокомнатная квартира, которую можно поистине назвать музеем. В 25 квадратных метрах уместилась даже небольшая библиотека, в которой собраны книги на 3 разных языках. И ни одной пылинки. Сама квартира была невероятно чистой. Пол всегда блестел, а люстра 20-х годов выглядела, как новое достояние современного дизайнера. Кухонный стол играл роль рабочего места. На нем Пожилая Дама ежедневно писала по несколько рассказов, а потом переплетала их в маленькие сборники с кожаной обложкой. Единственный свет, который видел эти книг – это дневной. А дотрагивались до них только цветы с подоконника.
Цвет стен невозможно заметить из-за огромного количества картин. В основном это были пейзажи гор и портреты деревенских жителей. Все они вставлены в позолоченные рамки и подписаны некой M C . Пожилая Дама и к ним трепетно относилась, тщательно протирая каждую работу дрожащими руками.
Вообще в этой квартире было много уникальных вещей – чайные наборы из Китая прошлого века, антикварная мебель с деревянными узорами и белой обшивкой, цветочные горшки ручной работы. Даже ручки дверей были сделаны в начале 19 века. И они всё ещё в прекрасном состоянии. 25 квадратных метров отличались огромным количеством света, проступающего из двух больших окон. Комната соединена с кухней, поэтому по всей квартире витал аромат свежих фруктов с рынка и только что испеченного хлеба. Запах здесь не менялся уже 20 лет. Каждый раз складывается ощущение, что время в этом месте застыло. Менялись только образы Пожилой Дамы. Одевалась она всегда со вкусом. Юбочные костюмы были чуть ли не во всех оттенках палитры. А дополняло наряды всегда 3 белоснежные броши, которые подчеркивали светло-карие глаза их владелицы. И шляпки. Обязательно шляпки. С широкими полями и, как правило, соломенного цвета. Они всегда так удачно приминали её кудрявые волосы, что выглядела она, как великая актриса на церемонии вручения премии.
Однажды утром Пожилая Дама не пришла на скамью. В этот день был особенно сильный зной, который иногда сменял легкий грибной дождь. Субботнее утро казалось особенно спокойным. Боб также не лаял, сидел тихонько возле ног своей хозяйки, которая неподвижно лежала в кровати. Ее легкая улыбка дала понять, что Пожилая Дама наконец встретилась со своей дочерью M С и любимым мужем спустя долгие 20 лет. Ее очерки, написанные от руки – были письмами своим родным. Зонт Тэд – последний подарок семьи перед их смертью. Скамья была местом первого свидания с возлюбленным. А Боб… Боб ушел за своей хозяйкой спустя час после пробуждения. И на его мордочке, казалось, тоже появилась легкая улыбка.
| Посвящается моей бабушке |