Когда мало-мальски разумный человек едет в чужую страну отдыхать, то помимо приобретения билетов или тура, он, как правило, знакомится с особенностями местной культуры и традициями. Все мы наслышаны о разнице в жестах, это нас не удивляет, вступать в коммуникацию мы планируем с помощью сносного или ломаного инглиша (тут уж кто на что горазд), что местные говорят на другом языке, тоже само собой разумеется. И только когда речь идёт о гардеробе (особенно женском) и манерах, почему-то чувство здравого смысла, а иногда и самосохранения нам отказывает.
Отправляясь в первый раз в Египет, я рассуждала примерно так: солнце, воздух и вода - наши лучшие друзья. Устав от бесконечной северной зимы и невнятного лета с назойливым гнусом, я собирала чемодан, словно ехала на курорт Краснодарского края. То, что в Египте я могу выглядеть вызывающе и кого-то своим внешним видом провоцировать, мне просто не приходило в голову. Максимально открытые вещи заполнили мой чемодан: всё ж дышать должно. Пока я была на территории отеля, то выглядела приемлемо в массе других россиян и европейцев.
На следующий год я отправилась в Шарм-эль-Шейх дикарём. Понимая, что мне придётся интегрироваться в местное общество, я пересмотрела подход к гардеробу. Загорать ходила на публичный пляж, поэтому для передвижений по городу я одевалась гораздо скромнее: в широкие брюки и длинную тунику. На пляже, если рядом было много семейных египтян, могла загорать в открытом купальнике, надев поверх шорты, если больше было мужчин, надевала тунику. Как-то мне неуютно становилось от повышенного внимания местных к моей персоне, думаю, причина была в том, что я выглядела в бикини предосудительно. Постепенно ко мне привыкли и даже улыбались, проходя мимо, особенно после того, как я в море нашла евро, подозвала девочку и отдала ей находку.
Однажды на пляж пришли русские, женщина в возрасте и, по-видимому, её дочь. Вели они себя как на курорте Краснодарского края. Разделись до купальников и, конечно, сразу стали объектом повышенного внимания. После обеда я в какой-то момент заметила, что местные как будто обалдевшие какие-то, что-то пристально разглядывают. Я повернулась к морю и стала свидетелем следующего действа.
Молодая русская стояла на берегу, она была уже в сарафане, что-то выжимала. Как я потом поняла, верхнюю часть купальника. Затем она сняла под сарафаном нижнюю часть купальника, тоже её выжала, деловито сложила купальник в пластиковую сумочку, и затем - очевидно для всех на пляже - в сарафане на голое тело отправилась в город. Доооолго её провожали взглядом. Что при этом крутилось в головах мужчин, думаю, вы догадываетесь.
Подчеркну, что на пляже были душевые кабинки и раздевалки, так что это прилюдное действо моей соотечественницы было не вынужденной мерой, просто ей было так удобно и даже, наверное, привычно. Как я представила, о чём сейчас весь пляж говорит, как египтянки и их мужья насмехаются над русскими женщинами, стало неловко и обидно за всех россиянок.
Если бы женщина прилюдно сняла купальник под сарафаном или даже топлес загорала где-нибудь в Европе, никто не обратил бы на неё внимание. Но здесь, в преимущественно исламской стране, где местные женщины купаются в облачениях, полностью закрывающих тело, подобное действие трактовалось как признак либо легкодоступности, либо невоспитанности и недалёкости. Более того, желая себя вести по собственному уставу в чужом монастыре, эта молодая россиянка вполне могла бы спровоцировать нападение на себя где-нибудь за пределами пляжа. Ведь местные молодые люди получают возможность увидеть даже слегка раздетую девушку только после брака, и многие годами зарабатывают на свой дом, чтобы семья позволила хотя бы приблизиться к их дочери. Вряд ли моя соотечественница обо всём этом думала: сделала, как привыкла, да и пошла себе.
Возможно, многие со мной не согласятся, но я считаю, что вести себя за границей надо даже строже, чем у себя дома. Здесь мы не только туристы, мы ещё так или иначе формируем общественное мнение о нас в чужой стране. Здесь мы гости, даже если и привезли сюда свои деньги.