Глеб и Катя привыкают жить вместе. Софья возвращает Максима в лоно семьи.
В тот самый первый вечер знакомства, Глеб разрядил напряжённую обстановку, новостью о повышении.
Сергей Михайлович сразу же отложил газету в сторону, а Любовь Ивановна поспешила усадить Катю за стол. Женщина молниеносно сменила тактику, подумав, что стоит дать шанс пожить им вместе. Её Глебушка сам увидит несоответствие социальных статусов и бросит эту девицу.
- Досрочно получил - похвалился Глеб - приказ ещё вчера пришёл.
- Это за ту опасную банду, которую ты целый год выслеживал? - Сергей Михайлович мысленно гордился своим единственным сыном, но виду не показывал.
- Да. Удалось на главаря выйти, ну а там дело техники. Вовремя подсуетился и вот - сидит болезный и видит теперь небо лишь в клеточку.
- Что-то ты мне Глебушка ничего об этом деле не рассказывал - обиженным тоном произнесла Любовь Ивановна, ревнуя сына к отцу. После нелепой гибели их дочери, она сосредоточилась на сыне, отчаянно его контролируя. Он стал её отдушиной и смыслом жизни...
- Не женское это дело, Любаша! - осадил её муж, покосившись на молчаливую Катю - наш сын рисковал и об его задании никто не должен был знать.
- Но ты то откуда-то знаешь! - продолжала обижаться Любовь Ивановна.
- Ай, Люба! Не начинай свою шарманку - отмахнулся от жены Сергей Михайлович.
Ужин прошёл относительно спокойно. Кате даже разрешили потом помочь помыть посуду домработнице Оксане.
Сергей Михайлович закрылся с сыном в кабинете. Ему не терпелось расспросить поподробнее.
- Я надеюсь у тебя проблем не будет, что ты избавил мирных жителей нашего города от банды Жоры и Митяя? Ведь сколько загубленных душ на их руках, сколько беспредела по отношению к честным бизнесменам. Они же в конец оборзели! А угрозы, которые периодически от них поступали в твой адрес? - переживал Сергей Михайлович.
- Пап, теперь всё. Статья у них серьёзная, в этот раз у них ни малейшего шанса отвертеться. За них меня и повысили в звании!
- Надеюсь, что никакой мести от них не последует против тебя. Ну а ... с этой девушкой так всё серьёзно у тебя?
- Серьёзнее не бывает. Даже больше скажу тебе - я люблю её так сильно, что готов жизнь за неё отдать - Глеб не сводил своего пристального и открытого взгляда с отца.
Сергей Михайлович задумчиво курил трубку. Он-то ещё ладно, чай не голубых кровей. Но Любаша! Она была просто зациклена на том, что Глеб должен непременно удачно жениться, не абы на ком!
Жизнь в семье Романовых потекла размеренно и относительно спокойно. Культурно отметили Новый год, под бой курантов каждый загадал своё желание. У Любовь Ивановны оно было одно.
Не желая обидеть сына и испортить с ним отношения из-за какой-то девицы, Любовь Ивановна открытой агрессии к Кате не проявляла, предпочитая действовать из подтишка.
Катя уже много раз пожалела, что ушла с рынка. Так она хотя бы отвлеклась от насущных проблем с будущей свекровью и меньше попадалась бы ей на глаза.
Язык так и чесался сказать пару ласковых этой мамзель, но не хотелось обижать Глеба. Он же не виноват, что его родители на самом деле хамоватые и не воспитанные люди, точнее его мать. Отец занял прочный нейтралитет.
Сам Глеб целыми днями пропадал на работе и возвращался домой уже ближе к ночи. Злой и взъерошенный, как воробей. К Кате он не притрагивался. Они спали в раздельных комнатах, как и договаривались.
- Как распишут нас, тебе не отвертеться тогда - шутливо пригрозил Глеб.
- А нас распишут? Заявления то ещё не подавали - напомнила Катя. Она не испытывала к Глебу ответных чувств, просто привыкла к нему. Но сердце от его случайных касаний не билось в груди.
- Так ты и "да" ещё не сказала!
- А ты предложение сделал, как полагается в таких случаях? - подтрунила Катя, смирившись с мыслью что придётся выйти замуж за Глеба. Разве есть другой выбор? Одна, без друзей, без защиты. А тут будет и надёжное плечо, и трепетная забота. Всегда.
Они с Глебом в его обеденный перерыв, добежали до Загса.
- Ну всё, не отвертишься теперь - широко улыбался Глеб, обнимая будущую жену.
***
Максим поселился у друга в общежитии. Они вместе учились в одном потоке.
- Не могу эту мымру больше терпеть и семейку её. Год отучился, второй пошёл, по всем предметам отлично! Из-за капризов какой-то Соньки, не отчислят - пьяным голосом говорил Максим.
- А зачем ты вообще женился-то? - спросил Назар. Макс ему нравился, но по характеру он был мягкотелым и нерешительным. Просто плыл по течению.
- Зачем? Мать заставила, боялась что Сонькин отец начнёт моему, палки в колёса вставлять. А сейчас мой отец так и так дома сидит, ушёл из колхоза после перенесённого инфаркта. Здоровье оказалось важнее.
Друзья проговорили всю ночь, распивая дешёвый портвейн. Максим рассказал обо всём, на пьяную голову.
О своей любви к Кате Большаковой, о том что она исчезла из деревни и он не знает теперь где её искать после развода с Сонькой. Умолчал лишь об одном, что она была беременна от него. Он до сих пор гадал, было это её шуткой или правдой?
Софья поймала Максима на выходе из института. Специально подгадала время, когда у него занятия закончатся.
- Чего тебе? Я всё сказал! - грубо встретил её Максим. Он отвёл девушку за угол здания, чтоб не светиться с ней у всех на виду.
- Я тебе не всё сказала - голос Софьи был на удивление скромным, а голова покорно опущена.
- Да знаю я всё что ты хочешь мне сказать. Только это уже не интересно мне, да и никогда не было! Я не люблю тебя, понимаешь? Не люблю! - Максим потряс девушку за плечи.
- Я беременна - упавшим голосом пролепетала Софья. Она не хотела детей и не любила их. Но когда мама сказала, что это единственный способ вернуть мужа, то ей пришлось пойти на отчаянный шаг. Времени уже не было придумать что-то другое. А оказалось, что и вправду залетела.
Максим замер. Он перебирал в голове, в какой момент мог допустить такую оплошность и вспомнил. Перед Новым годом он на отлично сдал все зачёты и немного расслабился с однокурсниками. А теперь ему это боком вышло. Ну почему именно сейчас, когда он решил уйти от Соньки?
- А ты не врёшь? - подозрительно прищурил он глаза. Сонька стояла бледная и взволнованная.
- Можем вместе к врачу сходить - оскорбилась она.
Максиму пришлось вернуться в лоно семьи. Своего будущего ребёнка он бросить не мог.