Страсти в интервью Шамиля Лахиялова.
В 2013 году известный футболист Шамиль Лахиялов дал большое интервью «СЭ» в рамках рубрики «Разговор по пятницам». И в нем рассказал про драку с игроками Сердюковым и Сониным, а также про уголовное дело против себя.
– Отыскали в архиве интервью бывшего хозяина махачкалинского «Динамо» Османа Кадиева нашей же газете. После дагестанского дерби «Динамо» – «Анжи» была громкая история с избиением у автобуса футболистов Сердюкова и Сонина. Виноватым называли вас.
– Осман – человек горячий. Вот и наговорил всякого. Сегодня мы нормально общаемся. А тот момент помню. В России выражение «твою мать» для связки слов. На Кавказе понимают буквально, не надо такие вещи произносить. Приезжих ребят предупреждают: следите за языком. Кто играл в Махачкале – те такого не скажут, отвыкают. А Сердюков мне это крикнул на поле. Все закончилось дракой у автобуса. И президент «Динамо» посчитал себя потерпевшим.
– Он говорил, что Сердюкова избивали ваши приятели на глазах беременной жены. «Лахиялова словно подменили, я таким его не видел. Потом приехал к базе добивать кого-то из наших…»
– На глазах жены? Не было такого. Выгляжу я по этой версии злодеем. Что меня на 4 матча дисквалифицировали – это правда. Остальное – ерунда. После матча я пошел к автобусу. Сердюков – парень помощнее. Понятно, что бил его не я – другие люди.
– Кто?
– Всего два человека, которые были со мной, не футболисты. А со стороны потерпевших – 7 – 8 игроков. Если они с нами не справились – их проблемы! Но завели уголовное дело. Я даже с наручниками познакомился.
– Не в Махачкале, кажется?
– В Саранске. Получилось, столкнулись две группы. Кадиев – уважаемая в республике личность. Но и экс-президент «Анжи» Магомедов, хозяин нефтебазы, тоже фигура. На меня то открывали уголовное дело, то закрывали. Извели походами в милицию.
– Очная ставка была?
– Нет, со стороны потерпевших никто не являлся. Особенно ждали футболиста Сонина, но он где-то на Украине был. А я время спустя ушел из «Анжи» в «Терек», которому помогал Кадиев. И Магомедов был уже против меня. Кадиев, наоборот, защищал. Если б не личное вмешательство Рамзана Кадырова, не представляю, сколько бы еще это тянулось.
А тогда перед гостевыми матчами «Терека» с «КАМАЗом» и «Мордовией» у меня взяли подписку о невыезде. Вручили повестку в суд. В устной форме предупредил следователя – отыграю и появлюсь. В Челнах все было нормально, прилетели в Саранск, заселились в гостиницу. В 8 утра стук в номер: «Лахиялов? Уголовный розыск. На вас пришла ориентировка, задержаны до выяснения обстоятельств». И весь день проторчал я в милиции.
– В КПЗ?
– Нет, в кабинете. Звонили адвокату, следователю, высшим милицейским чинам Дагестана. Объясняют – пока из республиканского МВД не пришлют официальную бумагу, отпустить меня не имеют права. На словах договориться нельзя.
«Терек» обыграл «Мордовию», автобус с командой приехал за мной. Стоит под окнами. Стемнело. Мне говорят: «Извини, у нас рабочий день закончен». Нацепили наручники и повели в камеру. Тут я задергался, но быстро угомонился.
– Почему?
– Прежде никогда не был в наручниках и не знал – чем больше в них двигаешься, тем туже они сжимают запястье. В итоге ближе к полуночи, когда весь дагестанский МВД подняли на уши, эту проклятую бумагу наконец прислали, и меня освободили.
– А то бы в камере ночевали?
– Да. Со мной и такое бывало – в Махачкале, до перехода в «Терек».
– Что натворили?
– Ничего. Старшего брата объявили в розыск. Силовики подозревали, что он в моей машине, и решили задержать. Но Мурада со мной не было. Я вообще ни о чем не подозревал. После тренировки заехал в гости к другу. Вечером выходим с ним и еще одним товарищем. Смотрим – милиционер с автоматом. Друг спрашивает: «Что случилось?» – «Тихо, здесь Лахиялов!» – «Вот же он» – и на меня указывает. В мою сторону направляется автомат. «Вам надо проехать для беседы в ОВД» – «На каком основании?» – «Вы не остановились перед инспектором ГАИ».
Это, конечно, ерунда – задержание было связано с братом. Друзья говорят: «Шамиля одного не отпустим. И нас везите». Посадили троих в «обезьянник». Сняли отпечатки пальцев, сфотографировали. Лишь часа в три ночи, когда почти все сотрудники разошлись, нам позволили прилечь в кабинете на стульях.
– А когда отпустили?
– В 11 утра. Разобрались наконец, что я ни при чем. Самое смешное, что меня на первом же посту ДПС тормознули. Ориентировку не успели снять, поэтому привезли обратно в ОВД. Дежурный, завидев меня, ахнул: «Лахиялов, опять ты?!»