В праздник Богоявления невольно вспоминается шедевр русской живописи – картина А.А. Иванова «Явление Христа народу. Специалисты по-разному объясняют, когда и как у художника возник замысел этой картины. Известный писатель-историк Л. Анисов полагает, что к написанию этой картины могла подтолкнуть встреча с величайшей святыней – десницей (правой рукой) Иоанна Предтечи, которая в числе других христианских святынь была привезена с Мальты Павлу I, когда тот стал гроссмейстером Мальтийского ордена.
Святыня хранилась в большом придворном соборе Спаса Нерукотворного при Зимнем дворце, а в 1823 году 17-летний Александр вместе с отцом расписывали иконостас церкви праведных Захарии и Елизаветы – родителей Иоанна Крестителя – и бывали в Зимнем дворце.
В Италию Иванова отправило Петербургское общество поощрения художников после присуждения художнику золотой медали 1-й степени за картину «Иосиф, толкующий сны в темнице виночерпию и хлебодару».
Отправляли его на четыре года, но Иванов провел в Италии 28 лет, из которых более двадцати двух было отдано. одной-единственной картине.
Рим тогда был средоточением художественной жизни Европы. Иванов сравнивает духовную жизнь европейцев и русских и понимает, что русские переданы своей вере, а европейцы попросту забыли о пришествии Христа в мир. Отрицание Христа преследовало мысль о создании иного, нехристианского миропорядка. Приступая к работе над картиной, художник обращался к теряющим веру людям: «Опомнитесь, куда вы идете?» Он писал картину так, что каждый, стоящий перед ней, становился свидетелем важнейшего события: Господь пришел в мир для спасения людей.
В Риме А.А. Иванов познакомился и подружился с Н.В. Гоголем, который часто посещал мастерскую художника. С искренним восхищением Гоголь писал, что Иванов «плюнул на все приличия и условия светские, надел простую куртку и, отогнавши от себя мысль не только об удовольствиях и пирушках, но даже мысль завестись когда-либо женою и семейством или каким-либо хозяйством, ведет жизнь истинно монашескую, корпя день и ночь над своей работой и молясь ежеминутно». Достаточно сказать, что предварительно художник исполнил свыше трехсот этюдов с натуры.
А вот что писал сам художник: «Быть русским уже есть счастье, как же вы хотите, чтоб мы не желали его? Возврат наш на Родину будет непременно. Но нужно прежде исполнить долг: окончить давно начатые дела с возможною совестью… Место, на которое я поставлен, много удовольствий меня лишает, но что же мне делать, как не продолжать, пока есть силы и здоровье. Спор с представителями Европы о способностях русских — вот вопрос, ради которого всем должно пожертвовать». Выразить в своей картине сущность Евангелия, подвергаемого сомнению людьми, — вот в чем заключалась, по мнению художника, его священная обязанность перед Россией и всем миром. И он выполнил эту задачу.
Великая княгиня Елена Павловна помогла А.А. Иванову переправить художественное полотно размером 7,5 м на 5.40 м из Рима в Петербург: картина «плыла» прямо на палубе корабля – в трюме оно не помещалось. Император Александр II наградил А.А. Иванова Орденом святого Владимира, купил картину за 15 тыс. рублей и передал ее в Румянцевский музей. В доме Пашкова для нее построили специальный павильон. С 1925 года картина хранится в Третьяковской галерее.