Внук – парень лет тридцати – купил подержанную машину. Ушел в отпуск и днями пропадал в гараже, потому что времени на ремонт много уходило.
Оказалось, что понадобится не только время, но и деньги. Машина жадно требовала новые и новые детали.
Ни копейки у молодого человека не осталось, мать с отцом покупку не одобрили и в помощи отказали.
Пришлось идти к любимой бабушке.
Сразу про деньги говорить нельзя, сначала нужно посидеть и поговорить, а еще выпить бабушкиного чая.
Сидел, внимательно слушал, где надо, - улыбался.
И вот чашки убраны, можно к делу приступать. Рассказал о машине, что купил. На новую нет денег, пришлось старенькую брать. Но немного обманули, и приходится ремонтировать.
Денег мало, вернее, нет ни рубля: «Бабушка, миленькая, помоги, нельзя молодому мужчине без машины жить».
Жалость в глазах у бабушки промелькнула. Уже потянулась рука за деньгами – они тут, недалеко, в шкафчике лежат, однако без поучения трудно обойтись. Надо поучить зеленого неопытного внука.
И бабушка, конечно, сказала, что негоже рухлядь разную покупать, чтобы потом деньги на разные запчасти выбрасывать. Внук, наверное, забыл, что дядя Коля в автомобилях разбирается: почему к нему не обратиться?
Бабушка любит внука, денег для него не жалко, сердце за него, за неженатого, болит: проматывает зря молодость.
Но просто так дать тоже нельзя: всегда пожилые учили молодежь уму-разуму.
Парень терпел бабушкину «ерунду» минут пять, не выдержал, прикрикнул: «Да что ты понимаешь в этих делах? Ты же сейчас глупость сказала»! И покраснел от раздражения, а бабушка побледнела от обиды.
Руки начали трястись, взяла старенькую дамскую сумочку, в которой сбережения хранились, отсчитала сумму.
Взял внук, хотел поцеловать в старую щечку, но бабушка отвела лицо.
Ушел и не подумал, что она будет капли пить и плакать, а затем ночью без сна останется, и давление подскочит.
Радостно помчался за деталями, а затем допоздна возился с потрепанной машиной.
Выходил из гаража, мать позвонила: бабушка помирает. Плохо ей стало.
Как бежал по улице, только бы успеть! Увидел постель, сухое остренькое лицо бабушки, замершие губы.
Сел рядом, и в воображении – машина, которая почему-то вызывала ненависть.
Ночью стало понятно: жить будет, но в кровати проваляется не одну неделю.
Мать осталась ночевать. На другой день попросила сына подежурить пару часов – по делам надо сходить.
Взял маленькую старческую ручку, слегка сжал: «Прости меня за хамство. Можешь»?
Посмотрела, улыбнулась: «Не сержусь, я сама себя накрутила разными мыслями. Это я виновата».
А про деньги и про разговор тяжелый с внуком никому не сказала: не надо, чтобы у «ребенка» неприятности были.