– Слава Богу! – выдохнула Анна.
– В каком смысле?
– Если исключить гаджеты, вы в остальном вполне нормальные и адекватные люди…
– Нормальные? – пробормотал Распутин, провалившись в воспоминания. – Насчёт нормальности‑адекватности можно было бы поспорить… В каждой избушке свои погремушки. Но есть родимые пятна, не меняющиеся веками.
– Например?
– Публика, назвавшаяся элитой России, в XXI веке ведет себя так же, как и в начале XX‑го – ворует, вывозит награбленное на Запад, пресмыкается и лебезит перед англосаксами, купается в роскоши, презирает собственный народ, да еще и фрондирует, изображая из себя революционеров, демонстрируя не только отсутствие здравого смысла, но даже атрофию инстинкта самосохранения. Удивительно! Обеспеченные люди… Недешевое университетское образование… Наличие свободного времени… Все условия для неторопливого и скрупулёзного изучения событий, аналогий и тенденций. И полный провал при формировании причинно‑следственных связей. Абсолютное забвение исторического опыта! Свалив сытно кормящее их государство в 1917 и в 1991 году, элита получила совсем не то, что ожидала… История продемонстрировала это наглядно и очень жестоко, но у них почему‑то не получается сопоставлять, анализировать и делать выводы! Прошло сто лет, а они так ничего и не поняли, ничему не научились…
– А чему они должны были научиться, по‑твоему? Как можно требовать соблюдения морали и нравственности от тех, чьи принципы существования основаны на людоедских «выживает сильнейший» и «горе побеждённым»? С чего они вдруг станут совестливыми и справедливыми?
– Да я не питаю никаких иллюзий, – отмахнулся Григорий, – и вовсе не жду от олигархов непорочности и безгрешности. Но, чёрт возьми! Когда же они поймут, что грабить Запад гораздо эффективнее, прибыльнее и главное – безопаснее, чем воровать у собственной страны и обирать подмандатное население?
– Неожиданный поворот…
– Зато логичный. Скажу больше – удержание Запада в нищем, разобранном, недееспособном состоянии – единственный шанс России на спокойное существование без войн и катаклизмов. И в этой стратегии нет ничего нового. Тысячу лет Ватикан, а затем Лондон с Вашингтоном проповедовали её в отношении Востока. Пора бы накормить Запад его собственным блюдом.
– А если не получится?
– Тогда Россия будет обречена ходить по кругу от одной цивилизационной катастрофы к другой, каждый раз подпитывая «наших западных партнёров» своей плотью и кровью.
Анна замолчала, глядя на проплывающие за иллюминатором гранитные валуны. Казалось, протяни руку и дотронешься до них.
Распутин отложил вилку с ножом. Есть расхотелось.
– Аня! Давай я попытаюсь тебя убедить, что в будущем не так всё плохо и безнадёжно.
– Попробуй! – губы Ревельской тронула лёгкая улыбка…
– Женщины в XXI веке в 50 лет выглядят моложе, чем тридцатилетние в начале XX века.
– Та‑а‑ак, – с лица Анны моментально слетела скорбная паутинка. – А вот с этого момента прошу поподробнее!..
(Сергей Александрович Васильев. «Распутин наш. 1917»)
