О споре между водителем и подрядчиком, который приводил ремонт дороги.
Итак, ООО «А» проводит ремонт дороги с частичным ограничением движения. О ремонте предупреждают знаки:
- 1.25 "Дорожные работы". Предупреждает о том, что впереди ведутся работы на проезжей части, обочинах, разделительной полосе, тротуарах. Особую опасность эти участки представляют в темное время суток, так как в этих местах могут находиться строительные материалы, дорожные машины и механизмы, оставленные без должного их обозначения и освещения.
3.24 "Ограничение максимальной скорости 40 км в час.". Запрещается движение со скоростью (км/ч), превышающей указанную на знаке.
- А также информационные табло о проведении ремонтных работ
Водитель, управляя автомобилем Мерседес, следует по трассе и совершает наезд на асфальтовую крошку, после чего автомобиль изменяет направление движения и совершает наезд на металлическое ограждение вдоль правой границы проезжей части.
Суд распределяет вину как 90 на 10 процентов, соответственно на ООО «А» и водителя.
Давайте разберемся права ли судья и имеются ли у ООО «А» основания для обжалования в апелляции.
Согласно статье 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации одной из задач подготовки дела к судебному разбирательству является определение закона, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и определение правоотношений сторон.
В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.
Аналогичные разъяснения изложены в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».
В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В тоже время, по общему правилу убытки являются универсальной мерой гражданско-правовой ответственности и подлежат взысканию при наличии доказательств, подтверждающих нарушение ответчиком принятых по договору обязательств, причинную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, а также наличие и размер понесенных убытков, то есть расходов, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права (ст. 15 ГК РФ).
В силу п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
При этом в предмет доказывания убытков входит наличие в совокупности четырех необходимых элементов:
- факт нарушения права истца;
- вина ответчика в нарушении права истца;
- факта причинения убытков и их размера;
причинно-следственная связь между фактом нарушения права и причиненными убытками.
Причинно-следственная связь между фактом нарушения права и убытками в виде реального ущерба должна обладать следующими характеристиками: 1) причина предшествует следствию,
2) причина является необходимым и достаточным основанием наступления следствия.
Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о взыскании убытков.
Таким образом, суду следовало самостоятельно дать юридическую квалификацию заявленным исковым требованиям.
В нарушение указанных выше требований закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации суд первой инстанции не дал юридической квалификации заявленным исковым требованиям и не определил вид обязательства, в рамках которого на стороне ответчика возникло обязательство.
Суд не учел, что юридически значимым для разрешения указанного спора являлось наличие доказанной прямой причинной связи вины ответчика с причинением ущерба автомобилю.
При этом непосредственной причиной ДТП явилось то, что водитель вел транспортное средство с превышением скоростного режима и со скоростью не позволяющей ему контролировать дорожную обстановку, в частности требования знаков.
Судом установлено:
Согласно п. 10.1 ПДД РФ Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.
При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
Согласно определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении водитель в 19 час. 46 мин. на 289 км. автодороги Сызрань-Саратов-Волгоград, управляя автомобилем Mercedes-Benz E200 государственный регистрационный знак № не учел скорость движения и особенности своего транспортного средства, не обеспечил постоянного контроля за движением своего транспортного средства в результате чего допустил наезд на насыпь асфальтной крошки.
Таким образом, в судебном заседании установлено, что в момент ДТП водителем был нарушен скоростной режим, что им в судебном заедании и не оспаривалось».
Вина водителя подтверждается также заключением эксперта, согласно которого водителю автомобиля Mercedes-Benz E200 необходимо было руководствоваться п.п. 1.3, 2.5, 2.6.1, 10.1, 10.3 Правил дорожного движения РФ, а также знаками дорожного движения, установленными в пути его движения и зафиксированные на схеме ДТП, а именно: предупреждающий знак 1.25 «Дорожные работы», запрещающий знак 3.24 «Ограничение максимальной скорости 40 км/ч».
Эксперт пришел к выводу, что в исследуемой дорожно-транспортной ситуации действиями, явившимися причиной ДТП, с технической точки зрения, могут являться для водителя автомобиля Mercedes-Benz E200 государственный регистрационный знак № – нарушение п.п. 1.3 в части превышения скорости установленную знаком 3.24 (40 км/ч), а также п.п. 10.1 ПДД РФ;
Несмотря на то, что причиной ДТП явилось нарушение водителем п. 10.1 ПДД РФ, выразившееся в движении с превышением установленного ограничения скорости, а при возникновении опасности – обнаружения знаков 1.25 «Дорожные работы», запрещающий знак 3.24 «Ограничение максимальной скорости 40 км/ч», непринятие мер к снижению скорости вплоть до остановки ТС суд делает противоречивый вывод о виновности водителя в размере 10 %, основную вину (90%) ошибочно возлагая на подрядчика ООО «А».
Обвиняя ООО «А» суд указал:
«Судом установлено, подтверждается показаниями свидетелей, административным материалом, в том числе схемой места совершения административного правонарушения, что дорожные знаки 1.25 и 3.24 были установлены в нарушение «ГОСТ Р 52289-2004. Национальный стандарт Российской Федерации. Технические средства организации дорожного движения. Правила применения дорожных знаков, разметки, светофоров, дорожных ограждений и направляющих устройств»
Анализируя названные выше обстоятельства в их взаимосвязи суд приходит к выводу о наличии вины в произошедшем ДД.ММ.ГГГГ ДТП как ФИО1 так и ООО «Автотрасса», поскольку истец допустил нарушение п.10.1 ПДД, не выбрав безопасную скорость движения, а ООО «Автотрасса» не обеспечило безопасность дорожного движения.
Суд считает возможным определить степень вины ФИО1 как 10% и соответственно ООО «Автотрасса» - 90%.
Доводы ответчиков о полной вине водителя в произошедшем ДТП судом не принимаются, поскольку в судебном заседании установлено нарушение ответчиком требований по установке дорожных знаков. (Знаки были, причина ДТП в действиях водителя»).
Данный вывод суда нельзя признать обоснованным в силу следующего:
Во-первых, суд не установил в чьих действиях имеется прямая причинная связь с ДТП. Аналогичная судебная практика нашла отражение в Определении Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 15.12.2020 N 88-18460/2020, Причинно-следственная связь между противоправным поведением и вредом зависит от оценки обстоятельств конкретного дела. Например, когда машина попала колесом в яму на дороге и получила повреждения. Истец утверждал, что организация проводила дорожные работы и не выставила знак "Неровная дорога". Однако суд установил, что были выставлены другие знаки, в том числе знак "Дорожные работы", а машина повреждена из-за превышения скорости водителем. Поэтому нет причинно-следственной связи между ДТП, причинившим вред, и поведением ответчика, который не выставил знак "Неровная дорога".
Во-вторых, суд ссылается на ГОСТ Р 52289-2004 который утратил силу.
В-третьих, вывод суда о несоответствии организации движения ГОСТУ не соответствуют материалам дела и носят предположительный характер. Так, протокол осмотра места происшествия фиксирует обстановку непосредственно на месте ДТП, в том числе наличие знаков 1.25 и 3.24, в то время как согласно утвержденной схеме организации дорожного движения, знаки о дорожных работах и поэтапном снижении скорости установлены на расстоянии более чем 200 метров от места проведения работ, а значит протокол осмотра места ДТП не отражает все знаки предупреждающие о проведении ремонтных работ и поэтапном снижении скорости. При этом суд не учел, что утвержденная схема организации движения истцом в установленном порядке не оспорена.
В-четвертных, не дал оценку суд и показаниям свидетелей.
- Свидетель, который находился в машине с водителем допустившим ДТП, является лицом заинтересованным, и несмотря на то, что наличие знаков объективно зафиксировано протоколом осмотра ГИБДД, утверждал в суде, что никаких знаков не было. Поскольку свидетель дает противоречивые показания и знаком с водителем, то имеются основания критически относится к его показаниям.
- Свидетель П. наоборот подтвердила наличие знаков перед местом проведения работ. При этом пояснила, что выехала на трассу с эстокады. Поэтому свидетель не могла видеть плакаты, которые предупреждали о проведении работ и поэтапном снижении скорости задолго до места происшествия. Данным обстоятельствам суд оценку не дал.
В-пятых, суд не учел, что прибывшие на место происшествия сотрудники ГИБДД не установили нарушений или несоответствия установленных знаков утвержденной схеме организации дорожного движения при проведении ремонтных работ.
В-шестых, объективно установлен факт наличия знаков о проведении дорожных работ. Согласно п. 10.1 ПДД РФ водитель обязан был вести ТС с учетом видимости для выполнения требований Правил, в том числе выполнения требования знаков. Суд установил факт превышения скорости водителем автомобиля, но не дал оценку, что именно нарушение скоростного режима не позволило водителю вести ТС с учетом дорожной обстановки, о чем предупреждали знаки «дорожные работы».
Из положений п. 10.1 Правил дорожного движения (далее ПДД РФ) следует, что водитель не только должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, но и учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения.
Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.
При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
"Опасность для движения" - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.
То есть опасность для движения — это внезапно возникшая ситуация, в то время как знаки, установленные на проезжей части, не могут расцениваться как внезапно возникшая опасность, поскольку водитель обязан двигаться с учетом видимости (п. 10.1) и соблюдать требования знаков (п. 1.3.).
При этом водитель не учитывал дорожную обстановку. Из схем организации движения и осмотра места ДТП следует, что на данном участке организовано движение по одной полосе в каждом направлении, шириной по 3 метра в каждом направлении.
В-седьмых, место наезда зафиксировано на схеме ДТП на полосе встречного движения. Схема подписана и водителем и не оспорена. Каких-либо препятствий на полосе движения автомобиля при осмотре места происшествия не зафиксировано, то есть движение во встречном направлении и наезд на асфальтовую крошку обусловлено только действиями водителя.
Согласно п. 1.4. ПДД РФ на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств.
Пункт 8.1. предусматривает, что при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
Неверно оценив дорожную обстановку и скорость движения, водитель автомобиля не только не учел требования знаков «ограничение скорости» и «дорожные работы», но и допустил выезд на полосу встречного движения, где не учтя состоянии дорожного покрытия при проведении ремонтных работ допустил дорожно-транспортное происшествие.
Таким образом, суд не учел, что ДТП произошло в результате нарушения водителем автомобиля п.п. 1.3., 1.4, 1.5, 8.1. 10.1 ПДД РФ, а также требований знаков 1.25 и 3.24.
Не учел суд, и то, что путем заявления ходатайства о назначении повторной экспертизы третьим лицом оспорена судебная экспертиза в части выводов о нарушениях при организации движения. Принимая во внимание, что выводы эксперта носят противоречивый характер, по делу имеются основания для назначения повторной экспертизы.
Таким образом, ссылаясь на недействующий ГОСТ и не дав оценку материалам дела, суд пришел к ошибочному выводу о несоответствии организации движения ГОСТу, что повлекло принятие неправильного решения.
Решение суда должно быть законным и обоснованным (ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в п. 2, п. 3 постановления от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Между тем, обжалуемый судебный акт вышеприведенным требованиям закона не соответствуют.
Подписывайтесь, расскажем удастся ли отменить решение в апелляции.