Многомесячные протесты части иранцев «против режима и за права женщин», похоже, дали некоторые результаты. Ряд СМИ туманно сообщили, что Тегеран упраздняет полицию нравов. Речь о том самом учреждении, чьи офицеры 14 сентября задержали 22-летнюю гражданку Махсу Амини за «неправильно надетый хиджаб». Однако в полицейском участке у девушки произошёл сердечный приступ, и ещё через два дня она умерла.
По версии либералов - Махсу убили; по версии консерваторов - имел место несчастный случай, умело раскрученный западной сеткой влияния. В любом случае, вспыхнувшие по всей стране митинги стали самыми массовыми и кровопролитными за последние годы.
И вот теперь - в качестве реакции на народные волнения - исламская республика упраздняет эту самую полицию нравов (строго говоря, у неё есть несколько названий - «религиозная полиция», «назидательный патруль» и др.). Впрочем, речи о послаблении самих исламских порядков или отмене обязательного ношения хиджаба пока точно нет. Да и, помимо религиозных патрулей, в стране остаётся большое количество других спецслужб и военизированных структур со смежным функционалом; самая известная из оных - КСИР, Корпус стражей Исламской Революции.
В то же время сам Высший руководитель Ирана, аятолла Хаменеи, на днях - опять же, в ориентальной традиции, достаточно туманно - призвал к «революционной реконструкции культурной системы страны», добавив, что в некоторых сферах национальная культурная политика «проявляет слабость».
Что здесь имеется в виду - не очень понятно. С одной стороны, Иран, как и всякая страна, не монолитна, внутри её элиты имеется несколько кланов с самыми разными идейными предпочтениями. Таковых минимум три: сторонники «исламского пути» (собственно, группирующиеся вокруг аятоллы); далее, иранские националисты - часть военных и представителей светских властей, которым близка скорее «модель Ататюрка» из соседней Турции, где 90 лет назад светские реформы сочетались со строительством сильного национального государства. И третья, самая слабая, но питающая некие надежды часть, - либералы прозападного толка. Их особенно много среди молодёжи - ровесников покойной Махсы Амини.
И очевидно, что как минимум по вопросу «облегчения хиджаба» последние две клана могут заключить ситуативный союз против первого - что и выливается в некие изменения во внутренней политике.
Наконец, Иран - одна из немногих крупных стран, публично поддерживающая Россию в Украинском кризисе, из-за чего Запад предпринимает отчаянные усилия, пытаясь наказать непокорную республику.
Так что слова аятоллы о «реконструкции культуры» вряд ли стоит сравнивать с горбачёвской перестройкой - это, скорее, медленные управляемые реформы в духе Китая времён Дэн Сяопина. Когда страна подняла «железный занавес» и отменила самые радикальные практики времён недавнего «военного коммунизма», одновременно сохраняя свой строй и политическую систему.