В трех частях. Часть первая.
(Этот рассказ-размышление, я посвящаю своему незабвенному отцу)
Настойчивость порождает уверенность. Уверенность порождает профессионализм. Профессионализм порождает благоразумие.
Наши дни. Теплое летнее утро в Италии, в маленьком городке, предположительно на острове Сицилия.
В светлой и уютной квартире, с лоджией, выходящей на большой балкон с вазонами и розами, завтракает счастливая семья. Нужно отметить, что сегодня воскресенье и глава семейства — капитан полицейской гвардии Андрео Джоранди, пьет кофе вместе с красавицей женой Ларенсией и двумя маленькими детьми сыном Марио и, совсем еще крошечной дочерью Мелоди.
— Наконец-то у тебя выходной, мой милый, даже не верится! — восклицает жена и смеется. В глазах ее играют искорки счастья и любовного настроения.
— Да, непривычное воскресенье, мне всегда грустно в этот день. Ты помнишь дорогая? — глава семьи стал напряжен и задумчив.
— Да, ровно одиннадцать лет тому назад погиб твой отец. Но прошу тебя, будь счастлив в этот день, твой папа давно уже успокоился в небесном раю.
— Я не могу, пока не могу. Его убили. Ты же знаешь, мой отец комиссар полиции был убит по приказу одного подлого мафиози и лишь за то, что отец пристрелил его собаку, забежавшую с оскалом на детскую площадку. Тогда ничего не удалось доказать, но я знаю, это сделал тот человек. Лично он стрелял. Отец погиб воле злодея и что дальше? Ничего, все решают адвокаты...
— Успокойся, любимый, я боюсь этих воспоминаний.
— Я, конечно, пересажал за эти годы всех его дружков, но сам он живет себе припеваючи в богатом районе нашего города...
— Он уже дряхлый старик, оставь его. Ради меня и детей! Говорят, что он передвигается в кресле с моторчиком и не выходит из своего дома.
— Правда, а откуда это тебе известно? — заинтересовался Андрео.
— Об этом писали в газетах год назад.
— Странно, а я где был? Почему это не запечатлелось в моем мозгу? — удивился отец семейства.
— Во Франции… ты был в служебной командировке по обмену опытом, в июне, вспомнил?
— Да? А я и не знал, значит он теперь инвалид! — капитан громко рассмеялся. — Ну и черт с ним тогда... Сам все осознает и туда ему путь. В ад...
— Да, старик с лишним весом и повышенным сахаром — расплата за его сладкую жизнь.
— Вот ведь как поворачивается жизнь. Спасибо, любимая, творожная запеканка восхитительна. Ну что, дети, идём на набережную или в парк? В парк, кстати приехал бродячий цирк, говорят очень интересная программа!
«Этот бандит выстрелил моему отцу прямо в лоб! — размышлял про себя капитан. — Хотя отец всегда одевал бронежилет. Вот ведь мразь, этот папаша Чурвильони, любитель собак и женщин. Убийство так и не раскрыто! Револьвер марки «Питон», так и не нашли? Или не искали. Конечно, он выбросил его в море. А что, если эта змея вновь в игре? Все может быть! Сколько ему сейчас? Около семидесяти, по сути, он еще мальчик, я помню пару жуликов, доживших до ста лет и имевших молодых любовниц. Он опасен, это точно, опасен и для меня и моей семьи...»
— Андрео, ты мне обещал! — жена укоризненно посмотрела на мужа.
— Постараюсь, да любимая, он и без меня попадет в ад.
Семья продолжает пить кофе. Но неожиданно срабатывает рация капитана на оперативной волне:
— Ш-ш-ш! Капитан Джоранди, капитан Джоран... — послышался приятный женский голос дежурного офицера полиции.
— Прием! Слышу вас! Что произошло? Ну, что?.. — ответил капитан и насторожился.
— Вас срочно вызывают в комиссариат, впрочем, на ваше усмотрение. Вот и сам комиссар! Передаю рацию ему.
— Здравствуй, Андрео, свершилось! Парочка отморозков решила дать показания на убийцу твоего отца. Да, ребятам светит пожизненное, они решили говорить… а что, правильно. Я пообещал им вдвое скостить срок. Они сегодня указали место, где спрятан тот самый «Питон». И что самое интересное, мы нашли его! Вот так, сынок! Поздравь меня. Мы дожали змею... Ш-ш-ш...
— Я сейчас подъеду! — раздраженно ответил капитан и хотел уже выключить рацию.
— Не спеши, дорогой, — прервал его комиссар, — в принципе, в этом нет особой необходимости. Дело в том, что старик Чурвильони слег, он даже не поднимается с постели. В таком состоянии брать его за шиворот и везти в следственную тюрьму нет резона.
— А если он блефует? Вы наверно подзабыли, комиссар, как он притворился больным, чтобы избежать отправки в Африку, в тюрьму для особо опасных преступников десять лет назад?
— Когда это? — усомнился комиссар.
— Я читал его дело, когда он был молодым повесой. При аресте в 1997 у него было отличное здоровье и наглый взгляд хитрого тигра, этот взгляд не исчезает.
— Да, брось, ладно, если хочешь, приезжай, отправлю тебя к старому хрычу, посадишь его под домашний арест и допросишь с пристрастием. Если он валяет дурака, определим его в одиночную камеру. Думаю, так... — живо бросил комиссар.
— Скоро буду, конец связи...
— Значит, уходишь? — расстроилась его жена. — Очень плохая новость, но комиссар может послать на это задание любого дежурного оперативника?
— Я должен поехать и унизить, растоптать эту гниду. Он должен рассказать мне все, иначе ему несдобровать! Он у меня кровью мочиться будет…
— Успокойся, присядь перед дорогой, — тихо прошептала Ларенсия.
Все замерло, и даже пара горлиц за окном перестала у-укать.
Вдруг тишину нарушил вопрос сынишки:
— Папа, а ты не забыл, что полицейские, уходя на задание, всегда одевают бронежилеты?
Отец подозвал мальчика к себе, погладил его по голове и задумался.
— Твой сын прав, он не хочет остаться без отца. Сделай же так, дорогой, одень под рубашку бронежилет, — проговорила жена, проглотив слезу.
— Ну зачем же вы так? Хорошо, любимая принеси мой броник...
Через полчаса в комиссариате полиции. Кабинет бригадного комиссара Эдгара Монтелло.
Продолжение следует.
Роман >> «Наемник - мера забвения»
Роман >> «РЯДОВОЙ для АФГАНИСТАНА»
Вам может быть интересно: