Послушаем любопытное мнение американского учителя, опубликованное в англоязычном секторе интернета.
Вот несколько обычных причин того, что описано в заголовке.
- Они становятся матерями и хотят оставаться дома со своими маленькими детьми. Возможно, это самая распространённая причина, по которой молодые учителя вообще бросают преподавание. Если кто-то и видит важность присутствия в жизни ребёнка, так это учитель. Преподавание — это область, в которой доминируют женщины. Поэтому многие новички здесь — молодые женщины, которые находятся в расцвете физических сил для создания семьи.
- Работа не такая, как они думали. Они ожидали по большей части работу, связанную с «передачей знаний от взрослого ребёнку». В реальности их работа состоит из «контроля толпы», попыток дисциплинировать учеников, которые никогда не подвергались дисциплинарным взысканиям, и документирования всего на свете, чтобы их не засудили.
- Они могут зарабатывать больше денег, выполняя другую работу, зачастую с меньшей головной болью и меньшим стрессом.
- Они быстро выгорают, не соответствуя невыполнимым стандартам.
О последнем можно рассказать подробнее. Итак, представьте себе работу, на которой вы должны научить слепого человека видеть, а если вы этого не делаете, это плохо отражается на отчёте о результатах вашей работы. Теперь ещё представьте, что год за годом от вас ожидают, что вы будете учить видеть всё новых и новых слепых, а вы продолжаете терпеть неудачи, потому что вы не чудотворец. В конце концов, вы поймёте, что люди, которые заставляют вас соответствовать этим стандартам (по которым слепой ученик должен научиться видеть), знают, что они просят невозможного, но это совершенно не их проблема. Вы становитесь неким неудачником для школьной сферы и общества в целом, которое отказывается говорить правду об определённых ситуациях из-за боязни обидеть кого-то или попасть под судебное разбирательство.
В начале моей карьеры у меня был ученик с аутизмом. Он нормально разговаривал, но был зациклен всего на нескольких вещах и проявлял абсолютно нулевой интерес ко всему остальному. В первую очередь он сосредотачивался на еде, играх и телевизионных шоу для дошкольников. Как будто ментально ему всё ещё было четыре года — и это в теле 13-летнего подростка. Он сдавал тесты по чтению на уровне второго класса. Он был одним из 25 семиклассников в своём классе. У меня был трёхстраничный список «приспособлений», которые я должен был делать для него. Самым нереалистичным из них было «учитель будет перенаправлять внимание ученика на уроке по мере необходимости».
Упомянутая «необходимость» имела место всегда. Ему буквально было нужно, чтобы кто-то постоянно сидел рядом и пристально смотрел за ним, чтобы убедиться, что он слушает. Каждый раз, когда я перенаправлял его внимание обратно на урок, через несколько секунд он уже снова смотрел в окно. Мне пришлось выбирать между тем, чтобы быть его личным помощником или как-то учить остальных 24 его одноклассников. У всех моих коллег была с ним точно такая же проблема.
Всякий раз, когда этот вопрос поднимался на собраниях без присутствия родителей, директор признавалась, что знает, что требует от нас невозможного, но ей приходится. Родители подали в суд на предыдущую школу своего ребёнка за то, что она не «приспособила» его. Всякий раз, когда у нас была встреча с родителями, мы сообщали об отсутствии прогресса с их сыном (потому что мы не чудотворцы), а они расстраивались, произносили неясные угрозы привлечь адвокатов и обвиняли предыдущую школу своего сына в том, насколько далеко он отстал...
На наших совещаниях после родительских собраний, где присутствовали только учителя и директор, мы все соглашались, что родители требуют от нас невозможного, но нам приходится притворяться, что всё это как будто возможно, и продолжать действовать в том же духе. Но не потому, что мы ожидаем результатов, а только потому, чтобы нас просто не засудили.
Подобные ситуации довольно часто случаются в школах и могут привести к эмоциональному выгоранию учителей. В некоторых ситуациях речь идёт даже не о том, чтобы дать ребёнку то, в чём он нуждается, а лишь о том, чтобы позволить родителям продолжать лгать самим себе о возможностях своего ребёнка и не пытаться подавать в суд, пока этот ребёнок наконец не перейдёт в очередную (следующую) школу...