Тбилиси встретил меня нежным закатом и сносящим все на своем пути ветром. Меня буквально едва не сдуло с трапа самолета. На этот раз в аэропорту я не столкнулась ни с одним приключением: быстро и безболезненно минуя все транзитные формальности, я впервые оказалась на грузинской земле.
Во второй раз судьбу я решила не испытывать и отправилась в город на такси из яндекса. С приветствиями у этого города явно не складывается: таксист, немолодой мужчина, постоянно жаловался на Россию. Мне было грустно и больно это слышать, поэтому я просто молчала. В какой-то момент он заметил, что ранит меня своими словами, и стал дружелюбнее и милее: от осуждения России мы перешли к обсуждению Грузии. Он высадил меня у стен Сионского собора: было абсолютно неясно, куда ехать дальше. Божьим чудом без интернета и четких инструкций мне удалось отыскать дом, в котором мне предстояло жить. Он находился в прилегающем к милой улочке темном дворе. Поначалу я испугалась. Глаза боятся, а руки тащят огромный чемодан вверх. Так, в попытках взгромоздить 20 килограммов красивой жизни на второй этаж вверх по крутой старой лестнице, я чуть не свалилась трижды. Наконец, препятствие было одолено, и я попала в свой будущий дом. Размеры моей квартиры без преувеличения поразили меня. Она оказалась огромной. Сперва я решила, что она недостаточно уютна, ведь в ней так мало мебели и так много места. Сейчас, сидя за столом в гостиной, я понимаю, что уже люблю ее. Четырехметровые потолки и стены сложных оттенков, украшенные старинными распашными дверьми молочного цвета, окончательно и бесповоротно пленили меня.
В тот вечер у меня не было времени обживаться: едва заехав, я скинула с себя одежду, приняла душ, красиво нарядилась и поехала в Стамбу – ресторан в лучшем отеле города. В Стамбе меня ждал В. – когда мы прощались полтора месяца назад, проговаривая вслух надежды о скорой встрече, мы не могли и представить, что она случится вновь так стремительно. Я была очень рада его видеть: это особенно приятное чувство – видеть родного тебе человека не дома. Мне сразу стало тепло: я услышала такой знакомый аромат.
Мы покурили и вошли внутрь. Стамба – пространство, которое меня поразило. Отель, коворкинг, ресторан, библиотека, общественное пространство, вертикальная ферма – весь этот ансамбль уживался на одной территории. Изысканно и сложно, это место было точкой притяжения красивых людей. Тяжеловесные люстры контрастировали с «промышленным» стилем помещения, столики были выстланы жесткими белыми скатертями, всюду звучал шум разговоров и звон бокалов. Мы сделали заказ и утонули в разговоре на несколько часов. Пили Квеври. Особенность этого вина заключается в том, что его изготавливают по запатентованной грузинской технологии: если при изготовлении обычного вина виноградный жмых убирают и оставляют бродить лишь жидкость, то в случае с Квеври бродит вся растолченная масса. Причем бродит не в бочке, а в большом глиняном сосуде, практически с человеческий рост, закупоренным и зарытом в землю. Вино было красивого едва рыжего цвета и немного горчило. Все дело в виноградной косточке. Это рассказал мне В.
Отужинав, мы отправились гулять в направлении моего дома. Шли по улице Руставели, главной улице Тбилиси. Местная Тверская, только в разы приятнее! Проезжая часть окружена пышными старинными деревьями с красивыми гладкими светлыми стволами и сплетающимися кронами. Застройка ниже московской, но не сильно. Идя по улице, натыкаешься на маленькие скульптуры Руставели – их местного Пушкина! Мы шли, веселя друг друга забавными историями из нашей уже не так тесно сплетающейся жизни. Было тепло и хорошо, мы были слегка пьяны и много дурачились. Подойдя к моему дому, поняли, что для запланированного чая нет ни чая, ни воды, ни сладкого. Отправились в магазин, на поиски какой-нибудь сладости. В магазине пробыли долго: выбор давался нам особенно тяжело. Наконец закончив все приготовления, мы вернулись домой. Пили чай с шоколадным печеньем и говорили, говорили, говорили. Включили радио: я нашла лучшую из грузинских радиоволн. Если вам интересно, 102-я. Мой приемничек усердно пыхтел, сопровождая нас из комнаты в комнату и даже на балкон, аккомпанировать сигаретке. В какой-то момент вечера начали играть в данетки: понятия не имею, как мы вспомнили об этой игре, но она нешуточно нас увлекла. Разгадав по одной данетке, заговорили о всяком. Так и прошла половина ночи. В четвертом часу утра В. уехал домой.