Арестантов московских СИЗО перестали лечить в столичных больницах. Об этом заявила член СПЧ Ева Меркачёва, ее рассказ привела газета «Коммерсантъ». По словам правозащитницы, с октября больных арестантов не вывозят на лечение и диагностику в медучреждения, так как департамент здравоохранения Москвы и столичное управление ФСИН не заключили договор на оказание медпомощи.
Многие из еще не осужденных граждан, находящихся в СИЗО, больны, но лишены медпомощи. Меркачёва привела в пример женщин из СИЗО-6 с диагностированными миомами матки, мужчину с раком простаты из СИЗО-4 и двоих граждан Кубы с онкозаболеваниями без полисов ОМС. Вот что она рассказала Business FM:
Ева Меркачёва правозащитник «Нынешний год какой-то роковой для московских СИЗО, в первую очередь речь идет о смертях заключенных на фоне болезни. По моим данным, уже больше 30 арестантов скончались именно на фоне своих тяжелых болезней. Как обычно случается, человеку совсем становится плохо, его помещают в больницу «Матросской Тишины», это единственная тюремная больница, а оттуда могут уже привезти в гражданскую клинику. Мы столкнулись с целым рядом проблем, которые не решались до этого, сейчас они усугубились. Единственная тюремная больница не имеет практически никаких серьезных возможностей для диагностики, там нет ни аппарата КТ, ни МРТ, а вывезти заключенного на такую диагностику очень сложно. В прошлом году в декабре я рассказала президенту, что в этой единственной тюремной клинике нет таких аппаратов. Что произошло дальше? Мэр Москвы Собянин выразил готовность купить такой аппарат, однако ему предоставили данные, что на самом деле необходимости в этом нет, потому что всего лишь чуть ли не восемь человек в год вывозят на эту диагностику в гражданской больнице, тогда зачем покупать дорогостоящий прибор. Все это, конечно же, не соответствует действительности. Количество заключенных, нуждающихся в диагностике, исчисляется не десятками, а сотнями. Поверьте, для многих это вопрос жизни и смерти. Добавилось ко всем этим проблемам в октябре, когда гражданские больницы стали отказывать в приеме заключенных, у меня есть на руках документ, который подписан одним из руководителей департамента здравоохранения, где сказано, что медицинская помощь заключенным пока оказываться не может, потому что нет договоров между департаментом и между УФСИН по городу Москве. Выяснила я это после того, как несколько заключенных и их родственников поведали, что им отказали в вывозе в гражданские больницы на тяжелые операции, диагностику, связанную в первую очередь с онкологией. Плюс у нас были истории, когда мы наблюдали иностранцев, требующих помощи».
В столичном Депздраве отрицают сбой в оказании медпомощи, но признают, что управление ФСИН по Москве за полтора года оплатило лечение гражданскими медиками лишь одного арестанта, пишет «Коммерсантъ». В ответе Депздрава подчеркивается, что экстренная и неотложная медпомощь арестантам «оказывается беспрепятственно, бесплатно и в полном объеме». На запрос Business FM в департаменте на момент публикации материала не ответили.
О том, что арестантам не оказывается необходимая медпомощь, информация поступает регулярно. О других причинах этого говорит вице-президент российского подразделения Международного комитета защиты прав человека, юрист-правозащитник Иван Мельников:
Иван Мельников вице-президент российского подразделения Международного комитета защиты прав человека, юрист-правозащитник «Одна из причин ухудшения — это, безусловно, отсутствие независимого общественного контроля. Единицы правозащитников в российских ОНК действительно занимаются помощью и защитой прав граждан, по большей своей части люди абсолютно зависимы и, как им скажут сотрудники ФСИН, так и сделают. Более того, к сожалению, я не понимаю, почему, несмотря на такую статистику смертности, до сих пор Следственный комитет не возбудил соответствующие уголовные дела, чтобы проверить, насколько оказывалась или не оказывалась необходимая медицинская помощь гражданам. Генеральная прокуратура, я считаю, тоже должна взяться и проверить московское УФСИН. Огромное количество заключенных, то есть перелимит в следственных изоляторах. Сложнее становится дополнительно оказывать медицинскую помощь, когда в некоторых СИЗО более 30% лишних, так сказать, заключенных находится, более того, в СИЗО не хватает профильных специалистов».
В начале ноября в Мещанском суде Москвы прямо во время заседания скончался обвиняемый в мошенничестве бизнесмен Евгений Пчелкин. 48-летний мужчина больше года находился в СИЗО «Матросская Тишина», неоднократно жаловался на ухудшающееся состояние здоровья. По словам его адвокатов, ходатайствовать о переводе под домашний арест Пчелкина следователь была готова, только если бы обвиняемый признал вину. Но он вину не признавал.