«Синий, красный, синий, красный, синий, красный…» - повторяла про себя Бордовая. Расположившись полусидя на своем несвежем, закиданном разномастными пледами и покрывалами диване, молодая девушка уже больше часа не двигалась. На стене, словно бегающие зайчики, сменяли друг друга сигнальные огни жандармской машины. «Опять кто-то провинился» - подумала Аня. После этих мыслей она со скучающим видом оторвалась от наблюдения за световой природой и повернула голову. Но взгляд Ани вновь прилипал к игре света на стене, незаметно переключаясь на контрасты домашней тьмы и уличного света особым образом выделяющие очертания нарядного узора рам, в которых, надежно покрытые лаком, мучились сюжеты так и непонятых ей полотен. Картины, как и просторные апартаменты, достались ей от ушедших родителей - они уже более 10 лет на заслуженном отдыхе, теперь их не тревожат ни работа по призванию, ни воспитательные тяготы.
Через непродолжительное время, под глухой бубнеж мотора и тишину квартала, красно-синие световые пятна исчезли. Бордовая заметила скучную пустоту стен, но продолжала, не меняя положения, молча осматривать комнату. Хаотично шныряя взглядом по сторонам, ее взор упал на пол, где лежал толстый, как пирог из множества коржей, ежедневный журнал «Лифт».
Каждый день с ее согласия и в ее отсутствие дневной курьер оставлял в одно и то же время на полу рядом с диваном новый выпуск журнала, унося с собой вчерашний уже прочитанный. Именно «Лифт» спасал Аню от однообразной рутины, помогая провести остаток дня, перелистывая сотни, а порой и тысячи страниц, рассматривая картинки и читая к ним надписи. За этим привычным занятием проходил каждый ее вечер, плавно перетекавший в ночной сон, а затем всё начиналось по новой: утреннее пробуждение, работа, диван, «Лифт».
Решив сменить положение тела, девушка с ленным трудом оперлась на руки, ее кудрявые волосы отпружинили от спинки дивана. Аня сползла на пол, неловко встав на четвереньки, и протянула руку к журналу. Пальцы почти коснулись обложки, когда раздался не такой уж и неожиданный, но противный звон настенных часов, показывающих 21:55. Это было напоминание о том, что у нее есть всего 5 минут до прихода вечернего курьера, который ровно в 22:00 будет стоять за ее дверью, а уже через минуту будет стремиться к следующей, а потом к ещё и еще одной. Девушка впервые была не готова к встрече курьера – эта новость накрыла ее лавиной внезапной тревоги. От эмоционального возбуждения зрачки в ее зелено-карих, как осенняя лиственница, глазах расширились, а присущие ей секунду назад плавность и леность резко сменились нервной суетностью.
У Бордовой, словно пули в голове, пролетели слова - «бумага и карандаш». Неуклюже встав, она быстро зашагала в коридор, по пути сбив башню из коробок, в которых, по ее мнению, находилось наследственное барахло, предназначенное для сдачи в переработку. В несколько прыжков Аня оказалась в неосвещенной прихожей, ее руки, кое-как нашарив шнурок настенного светильника, быстро переместились к столику. Шустро открывая и обыскивая его ящики, она обнаружила карандаш и немного смятый листок. Вдалеке все еще продолжал раздаваться тревожный звук будильника, не обращая на него внимания девушка приблизилась к огромному, во всю стену, зеркалу.
Бордовая приняла на ковре с надписью «Добро пожаловать» расслабленно-медитативное положение. На секунду закрыв глаза, она представила себя умиротворенным человеком, познавшим природу всех вещей во вселенной и достигшим гармонии с окружающими бактериями и вирусами. Она рваными отрезками и волнами наносила свое отражение на чистую сторону то ли платежной квитанции, то ли правительственного уведомления.
Через несколько минут мерзкая серена утихла. Тишина означала новый час. Движения карандашом тут же прекратились. Сложно представить автопортрет, написанный в таких непростых условиях, но Аня справилась. С большим усердием она сделала три максимально глубоких вдоха и выдоха, пытаясь восстановить сбитое спешкой дыхание. Со второй попытки встав на ноги и не смотря в глазок, она резко распахнула входную дверь.
На пороге уже стоял вечерний курьер: он был неопределенного возраста и пола, с головы до ног одет в специальную светоотражающую одежду, скрывающую всю индивидуальность человеческой физиологии. Через всё тело у него тянулись две огромные плечевые сумки, лямки которых крестообразно переплетали его торс, словно создавая особую защиту. Такие ребята были выносливы как марафонцы, за каждым было закреплено несколько жилых небоскребов с тысячами апартаментов. В задачу вечернего гостя входило посещать в конкретное время каждую квартиру, имеющую подписку на «Лифт», и забирать картинки, потратив на это не более 60 секунд. Таким образом, за вечер он обходил всех подписчиков на вверенной ему территории.
Аня протянула курьеру только что созданную картинку. Курьер резким отработанным движением, будто выпускник военной академии, взял ее и быстро поднес к своим зеркальным очкам.
- Только картинка? – из-под балаклавы, напоминающей диско-шар, прозвучал грубый мужской голос.
Бордовая в недоумении посмотрела на него - и тут до нее сразу дошло! Она выхватила из рук курьера листок, торопливо написав на нем «В гармонии», - и быстро передала обратно. Курьер с той же резкостю попытался взять наполненную гармонией бумажку, но опережая его, со вздохом озарения, Аня отдернула листок в свою сторону. С довольным видом девушка добавила весомую приписку, после чего фраза обрела более философский смысл – «В гармонии с собой». Эта спонтанная пара слов не на шутку оживила не только текст, но и саму девушку, которая по-детски легко протянула руку в сторону курьера. Но курьер уже всё понял и даже не шелохнулся, чтобы принять листок. Впрочем, Аню вновь накрыло озарение, листок в очередной раз со вздохом влетел в квартиру, где девушка с жаром перечеркнула глубоко духовную фразу, вместо которой добавила свой давно любимый символ – сердце.
- Ну чего смотришь, держи, не успеешь же! – Бордовая с чувством выполненного долга вложила картинку в руку гостя.
- Есть реакции? – спросил курьер, опуская листок в сумку.
- Нет, я еще не успела посмотреть свежий номер – с нескрываемым чувством вины ответила Аня.
- Напоминаю, что отсутствие реакций на картинки понизит ваш рейтинг на один пункт в завтрашнем выпуске. Также сообщаю, что на вас реакций не поступало – заучено протараторил курьер. На этом балаклава затихла, направившись в сторону соседней двери, чтобы забрать листок от очередного счастливого подписчика журнала «Лифт».
Аня еще не успела закрыть дверь, как до нее донеслись слова курьера, адресованные соседу, - «На вас поступило 8 реакций». Услышанное плотно приклеило к физической слабости Бордовой липкое чувство одиночества, которое сразу многотонным грузом уронило ее на пол в прихожей. Пульсирующая тревога и испорченное настроение были достойны только ее любимого дивана. Свернувшись в комок на оттоманке, Бордовая взяла в руки «Лифт», но мысли ее были далеко от пестрого наполнения журнала, она продолжала думать, что ее невнимательность не останется незамеченной.
© Береговой М.Ю. 11.2022