Уже не помню, как холодно и неуютно было тогда дома. Память милосердно стерла все плохое и оставила лишь ощущение волшебства.
Я смотрю на черно-белые кадры на старой кассете, на себя в шубке, на маму, закутанную в шаль, на соседскую девочку, с которой мы тогда дружили, и на своего младшего брата в маске козы.
Мы поем, танцуем, разыгрываем рождественский спектакль для родителей. Они смеются. Мы сами все придумали и отрепетировали, сделали яблоки из папье маше, завернули мандарины и грецкие орехи в фольгу — подарки в беспроигрышной лотерее.
Нам отключали то свет, то отопление и горячую воду. Зарплату родителям платили детскими стульчиками и гвоздями. Мама шила дерматиновые тапочки. На новогоднем столе была картошка и овощные консервы (со своего огорода). Мы ходили в школу с первого класса с ключом на шее, сами грели обед, после уроков бегали в музыкальную школу. Мы мечтали об обычных джинсах или бутылке Фанты.
Мне становится физически больно, когда я думаю, как тяжело было нашим родителям. Не могу понять, как они смогли во всем этом создать нам абсолютно счастливое и безоблачное детство.
Я вообще не помню, верила ли в Деда Мороз и Снегурочку. Не помню подарков (они бывали редко, были совсем простыми). Все это было тогда каким-то не особо важным. Но ощущение волшебства из того времени до сих пор со мной.
Каждый декабрь я жду чуда. Ничего не могу с этим поделать. Я просто знаю, что Новый год и Рождество — это магическое время. И я упорно пытаюсь наполнить мир волшебством.
Наверное, если бы мне тогда показали, как живет моя дочь сегодня, я бы не поверила. У нее красивый дом, много игрушек и куча сладостей. Она даже складывает шоколад из новогоднего календаря в жестяную коробку, потому что съесть столько конфет разом ей не под силу.
У нее есть мама, которой не нужно вставать в 6 утра, чтобы успеть к 7 на работу. У мамы моей дочери есть время, чтобы приготовить ей блинчики на завтрак, отвезти в школу, забрать на обед. Чтобы испечь и украсить печенье. Чтобы сделать креативную елку.
И организовать доставку подарков - от Деда Мороза, Королей Волхвов, феи и даже от волшебного полена. Ее жизнь полна настоящих чудес, любви и благополучия. Наверное, маленькая я позавидовала бы своей дочери. Не знаю.
Но иногда у меня щемит в груди от ощущения, что несмотря ни на что, я не умею дать своей дочери то, что мне дали мои родители. Что в ее жизни больше вещей, больше событий, больше людей и, возможно, даже больше любви. Но по какой-то, ускользающей от меня причине, в ней меньше чудес.
Что в ней нет волшебства столь сильного, чтобы пронести его через десятки лет, через несколько стран, через разбитое сердце и потерянных друзей, через предательства и болезни. Столь чистого, чтобы все эти беды не оставили на нем ни царапины. Столь целительного, что благодаря ему я продолжаю жить и дышать даже в этом году.
Я держусь за это волшебство, когда сердце хочет разорваться на части. И я очень хочу отдать его своей дочери.
Чтобы оно оберегало ее, если не станет в ее жизни вещей, если станет меньше людей, если любовь погаснет, связи порвутся, надежда потускнеет.
Сегодня я закончу наряжать елку, повешу шары и зажгу гирлянды. А потом напишу письмо Деду Морозу, Санта Клаусу, всем магам и духам Рождества и Нового года.
И попрошу их научить меня стать волшебницей и подарить дочери веру в чудо, какое бы объяснение ему она со временем не придумала.
Автор: Наши Дети
Фотография: Markus Spiske, Unsplash