Почему у Давлетьярова лучше получилось достучаться до зрителя, чем у Ростоцкого?
Фото: Кадр из к/ф «...А зори здесь тихие», реж. Станислав Ростоцкий, 1972 г.; www.globallookpress.com / Natalya Loginova; 5-tv.ru
Советская экранизация «…А зори здесь тихие» не донесла до зрителя главный смысл истории о пяти девушках, отправившихся на фронт — в этом главный и большой минус картины Станислава Ростоцкого. Так считает кинокритик Александр Шпагин, сравнивший в эксклюзивном интервью 5-tv.ru старую и новую версию фильма.
Эксперт считает, что Ростоцкий неправильно расставил акценты в своей киноработе. Это после выхода фильма на экраны признал и сам мастер.
«Ростоцкий мне сам говорил, и я ему говорил, что у вас получился во второй серии ну такой обычный военный боевик. Того трагизма и той дикой боли, которая была в повести, что происходит разрушение, нет. Он говорил: «Я и хотел выразить, но где-то, видимо, немного испугался. <…> Получилась крепкая зрительская картина», — считает Шпагин.
Но главное, что не донес режиссер до зрителя — трагизм бессмысленной смерти героинь, именно таким был главный посыл повести Бориса Васильева. Другое дело — экранизация произведения Ренатом Давлетьяровым, считает собеседник. По его словам, во время просмотра фильма он сопереживал героям гораздо больше, чем 50 лет назад.
«Фильм мне действительно нравится, я постепенно втянулся и испытал гораздо более глубокие чувства, чем когда смотрел фильм Ростоцкого. Потому что мне этих девушек гламурных, сегодняшних, с маникюром, попавших на войну, стало более жалко, чем тех героев. <…> Я, ждал условно говоря, ну, адского состояния трагизма, ощущения бессмысленности происходящего, потому что первая серия фильма Ростоцкого меня именно на это и настраивала. В том числе, и особенно, именно та самая сцена в бане, которую режиссер, слава Богу, продвинул и ему разрешили ее сделать, хотя пробивал ее с боем. Там действительно было ощущение: черт возьми, зачем это все?» — объясняет киноэксперт.
По его мнению, во второй серии Ростоцкий ушел в нарратив, Давлетьяров же довел мысль до конца. Катарсис, сострадание, боль — все это зритель сполна прочувствует в новой экранизации.
«Несмотря на, мягко говоря, неудачу первой части, ты привыкаешь к этим лицам, к этим интонациям очень современным, ты постепенно втягиваешься и, вдруг, ты входишь именно состояние ну не пацифизма, может быть, но хотя бы трагизма, боли, и это сделано там здорово. Во всяком случае, слезы на глазах у меня возникли, именно когда я смотрел вторую картину», — подчеркнул Александр Шпагин.
Ранее 5-tv.ru рассказывал, что актриса Инга Оболдина возвращается к своей первой профессии.