Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Полит.ру

Особая такая свобода

Политолог Алексей Чадаев объясняет газете «Культура», почему разнообразные враги часто называют русских «холопами»: «Они видят очень простую вещь. Нашу склонность молча терпеть разного рода, назовем это дипломатично, изгибы генеральной линии. Когда власть, никак не объясняя происходящее, сегодня начинает говорить, а то и делать прямо противоположное тому, что она говорила и делала вчера. И все это молча принимают. Но вот это всё, что они называют холопством, я на самом деле считаю и важным преимуществом культуры. Которое нам позволило построить большую страну. Русский человек внутренне свободен, намного более свободен в своих суждениях о картине мира, чем украинец, который, как правило, ограничен рамками того флага, под которым он стоит. А русский в каком-то смысле сам себе господин и сам себе государь. У русских есть отсутствующая у украинцев способность молчать, то есть думать про себя, не высказывать вслух. Отсюда такую популярность приобрело словосочетание "глубинный народ". Способ

Политолог Алексей Чадаев объясняет газете «Культура», почему разнообразные враги часто называют русских «холопами»:

«Они видят очень простую вещь. Нашу склонность молча терпеть разного рода, назовем это дипломатично, изгибы генеральной линии. Когда власть, никак не объясняя происходящее, сегодня начинает говорить, а то и делать прямо противоположное тому, что она говорила и делала вчера. И все это молча принимают. Но вот это всё, что они называют холопством, я на самом деле считаю и важным преимуществом культуры. Которое нам позволило построить большую страну. Русский человек внутренне свободен, намного более свободен в своих суждениях о картине мира, чем украинец, который, как правило, ограничен рамками того флага, под которым он стоит. А русский в каком-то смысле сам себе господин и сам себе государь. У русских есть отсутствующая у украинцев способность молчать, то есть думать про себя, не высказывать вслух. Отсюда такую популярность приобрело словосочетание "глубинный народ". Способность не выставлять наружу то, что ты думаешь и чувствуешь, и есть то, за что нас они гвоздят: "Ну, мы бы молчать не стали в такой ситуации!" А русский человек просто не воспринимает эти ситуации как те, когда нужно поднимать хай. У него другая ценностная шкала ситуаций, в которых надо вставать. И да — русские долго запрягают, но быстро едут».

Оптимист во всем видит преимущества. Так позавидуем же оптимизму политолога Чадаева!