Маленький ежик по имени Ёжик смотрел в небо, стоя у взлётной полосы. Огромный и толстый рейсовый альбатрос, только что с уханьем и пыханьем оторвавшийся от неё, грузно набирал высоту. На его спине ещё можно было разглядеть покачивающиеся колючие затылки.
Ежи улетали из леса.
Мама-ежиха крепко прижимала к себе сына и тоже смотрела вслед альбатросу. Её глаза были там, в самолёте, рядом с папой-ежом, а сердце – здесь, рядом с колючей макушкой, уткнувшейся ей в бок. Позади были бессонные ночи, полные непростых разговоров, неслышные слёзы в подушку из осенних листьев, бестолковая суета сборов – чего стоили только забытые в последний момент очки! - и последние прощания. В конце концов, не она покидала родной дом, ставший вдруг столь негостеприимным.
Ждать было нельзя: белки-вестовые, тревожно перекликаясь, несли весть: Охота на Ежей, слухи о которой появились месяц назад, не где-то далеко, она уже в их лесу. Все, кто могут, должны уходить. Они жалели бедных ежей, но чем они могли помочь? Только словами утешения да предупредив вовремя.
Что ж, и это было немало.
От тех же белок стало известно, что ежих и ежиный молодняк Охота не трогает, забирая только взрослых ежей. Поэтому на семейном совете было решено, что папа-ёж улетит из леса, а вернётся тогда, когда будет безопасно. С трудом добыв билеты на один из последних альбатросов, собрав папе всё, что может ему понадобиться, они посадили его на могучую спину птицы и долго-долго махали ему вслед.
Вздохнув, она отвернулась и, взяв Ёжика за лапку, медленно пошла в сторону дома. Знакомый путь казался ей теперь новым, незнакомым и странно пустым. Это разве та дорога? Разве тот поворот?
Маленький Ёжик послушно семенил рядом с мамой. Он волновался за неё. Когда по лесу прошёл слух об Охоте на Ежей, многие собрались и уехали. Охота была ещё далеко, но уже уезжали соседи – один за другим – и всё больше норок становились домом для тишины. Тишина окутывала весь лес, мягкой лапой прижимая голоса, и всё чаще там, где раньше звучали ежиные песни, можно было услышать только её. А теперь она пришла в их дом. Что-то будет?
Так, думая каждый о своём, они пришли домой. Мама открыла дверь, прошла на кухню и приглушённо ахнула. Ёжик тут же побежал за ней. Прямо на столе в гордом одиночестве лежал конверт.
Забыли!
Изменившись в лице, мам быстро вскрыла конверт. Она пробежала глазами по выпавшей из него бумажке и вздрогнула.
Выдохнула.
Позвала Ёжика.
- Иди сюда, посмотри. Это нам от папы.
Любопытный носик немедленно сунулся в листок. Это было письмо.
«Дорогие мои Ёжик и мама! Я пишу это письмо для того, чтобы вы знали, что происходит на самом деле, и почему я согласился уехать один. Я положу его на видное место, когда буду улетать, чтобы вы его сразу нашли.»
- Вот хитрый! – подумал Ёжик – так это он специально притворился, что забыл свои очки, когда уходил!
И стал читать дальше.
«Я собирал новости об этой охоте с тех пор, как появились первые слухи о ней. Люди-лесники узнали, что среди взрослых ежей распространяется опасная болезнь, и поставили большую задачу – спасти всех ежей в мире. Для этого они ловили нас, изучали, а потом возвращали обратно, если видели, что мы полностью здоровы. А больных оставляли у себя, и пытались спасти. Это они узнали, что для ежат и ежих болезнь безопасна, поэтому я могу оставить вас с лёгким сердцем. Мы с товарищами решили им помочь, собрали всех взрослых ежей нашего леса и тянули жребий. Те, кто вытянули короткую палочку – отправились к людям, чтобы искать и проверять вакцину, а остальные должны будут всё это время пробыть в карантине. Я не имел права рассказывать вам это до отъезда последних из тех, кто тянул жребий, но теперь вы можете и имеете право знать. Не скучайте! Я обязательно вернусь».
- Каково? – спросила мама – развёл, понимаешь, тайны мадридского двора! Я тут с ума схожу которую неделю, а он.. ну я ему!
И мама схватила лист, и стала что-то быстро строчить. По-видимому, ответ.
А маленький Ёжик вдруг услышал, как шуршат за окном осенние листья, и понял, что Тишина ушла.