Но жизнь моя, плохая или хорошая, продолжалась, денег не было, дети росли, маме моей мы надоели до смерти своими скандалами, отсутствием покоя, и тем, что ей приходилось терпеть в своем доме того, кого она не считала человеком, да и просто ненавидела. Мама у меня была героиня, и мне тогда казалось, что она ничего не боялась, потому что она, единственная, могла встать на пути у Витьки, и загородить собой и меня и внучек.
Но даже ей, пережившей, войну, голод, раскулачивание, и много о чего еще, было непонятно, как здоровый, сильный мужик бьёт одноногую девочку, шпыняет своих детей-младенцев, и бухает по неделе. А ей приходилось все это терпеть., потому что мы были в одной связке, и к тому времени она уже хорошо понимала, что если я на стороне Витька, бороться с ним бесполезно.
А я все это принимала, как должное, выводила бодягой синяки, плакала по ночам в подушку, а днем занималась добыванием еды. Причем еда была нужна подешевле, так как денег хронически не хватало. Я отощала до состояния скелета, зато хромать невесомой на одной ноге было легко и не больно. Зачем не лишняя боль, если боли и так хватало?
С утра я садила в коляску двух детей, и бежала по магазинам. Тут я покупала синюю курицу, тут продавали фарш, там минтай, здесь дедушка продавал у магазина по дешевке куль картошки, а в магазине рядом выкинули пельмени, которые раскисли, но ещё не прокисли, их тоже покупала, пригодятся. После обеда я приплеталась домой, в короб коляски вместе с детьми я складывала то, что менее габаритно, а внизу на багажнике лежал куль картошки.
Сначала я заносила домой голодных детей, вручала им еду в бутылках, а потом перетаскивала из коляски запасы пропитания. После этого я просто плюхалась на диван и мечтала отключиться хотя бы на время. Не думать о еде, готовке, Вите, его работе, и всем остальном. Я тогда чувствовала себя, как загнанная лошадь, которой вообще не дают ни отдыха ни продыха.
Вы наверное думаете, что этих запасов, которые я добывала в гонках по городу и в очередях, нам хватало хотя бы на несколько дней, на неделю? Как бы не так! Все это сжиралось за 2-3 дня, при чем нам с девчонками доставались только объедки, потому что им еще по сути много не надо было, а я никогда не была замороченной на еде! Вечером мой любимый за ужином мог сожрать тарелочку супа(он супчик не любил, его доедали мы), штучек 5-8 котлет, гарнир по минимуму,его тоже он оставлял для нас, это он запивал или киселем или компотиком, как минимум, литра 3, а потом, в течение вечера , пока не лёг спать , мог догнаться двумя -тремя сковородками жареной рыбы, или десятком, другим пирожков. Этакий Робин Бобин Барабек , скушал сорок человек.
Вся моя жизнь проходила в поисках и добывании еды, время в Иркутске было очень голодное, а потом в приготовлении огромных объёмов жратвы. Причем , он так славно промыл мне мозги, что я долгие годы думала, что так и должно быть, что мужик должен жрать тоннами, потому что он физически работает, а женщина должна вывернуться наизнанку, чтобы угодить мужу, и не важно, что этот муж-чмо.
Мама пыталась воззвать к моему разуму, призывала вспомнить папу, как он себя вёл в семье, как ел, как заботился, но я была настолько зомбированной, что все были не правы, кроме моего любимого Витюшки. Его слова и доводы, были истиной в последней инстанции, больше я никого не слышала.