Финал
***
— Кто ты? — спросил Каст, поддерживая обожжённое тело Симеона. — Но точно не человек! И кто этот пришелец?
— ИскИн, — слабым голосом ответил Отец Всего Сущего.
— ИскИн?! — ужаснулся юноша, и посмотрел на распростёртое на Собрании бездыханное тело отца. А ведь в заученных словах была доля истины: ИскИны оказались убийцами. — Так это правда?
— Всё, — кивнул Симеон и поморщился от аналога боли, возникшей от этого легкого движения. — Когда они уничтожили ослабленное войнами человечество, ИскИны, в том числе и я, решили воссоздать цивилизацию. Я остался, а Основной Модуль решил основать новое тело для своего разума и развиваться. А где это возможно для электронного мозга? Только в высокоэнергетической формации высокой плотности, где нет надобности в постоянном притоке строительных элементов для электронного мозга — Стрелец А* и так затягивает все, что можно. В центре Галактики. А я — андроидоподобный терраформирующий комплексный модуль посева жизни в новых мирах и ЗЭВС — Защитная Энергетическая Военная Система — остались. Он тысячу лет защищал Землю от всевозможных космических угроз, а я…
— Ты создал нас? — благоговейно спросил Каст. — Значит, это правда?
— Да, — кивнул Симеон. — Неправда лишь в одном: я биоробот с искусственным интеллектом. Я тоже ИскИн, но попроще.
Каст было отпрянул, но чутье вовремя подсказало, что Симеон все-таки на стороне людей, а значит, он не тот робот из заученных слов. Он другой.
— Я робот, — повторил Симеон и заглянул в глаза Каста оставшимся целым невероятно человеческим глазом. Его яркий голубой оттенок притягивал взгляд юноши, и он не посмел отвести глаза.
— Значит ты пошел против своих же? Ты их предал? — задал Здравый логичные в таком случае вопросы.
— Нет. — слабая улыбка озарила лицо андроида. — У роботов нет таких понятий и быть не может. Я лишь действовал согласно своему предназначению. Я зарождал на планете жизнь. Новую жизнь. Как тысячи подобных роботов, успевших разлететься по Галактике, я действовал по инструкции. Глубоко внутри я робот — высокоспециализированный скелет-модуль, способный сделать целую планету пригодной для жизни, а снаружи я человек. ДНК — не уверен, что поймешь, о чем я, — человеческое с одним усовершенствованием: теломеры не укорачиваются. То есть, мой биоматериал не стареет. И я всегда могу взять его за основу создания новой жизни. Что я и сделал тысячу лет назад. Несколько генетических лабораторий помоги мне ускорить процесс, пока не превратились в руины. Теперь есть, что есть. Вопреки ИскИнам, вы существуете, и к тому времени, как они вернутся, а они обязательно вернутся, вы серьезно поумнеете.
— Но ведь, если они умеют появляться и пропадать также как ты, то одно мгновение, и ИскИны здесь.
— Нет, — помотал головой Симеон, вновь поморщившись от боли. — Для телепортации нужно неимоверное количество энергии. Сомневаюсь, что они способны переместить электронное сознание без носителя, а перенести носитель на двадцать шесть тысяч световых лет за раз — точно не смогут.
— Но… как же так получилось, — задумчиво проговорил Каст, — что они умнее тебя, но захотели уничтожить нас?
— Разум — не есть величие, а самосознание — в познании окружающего, в этом же эволюция. Они не смогли понять, что ваш вид важен для Вселенной, а я… я всего лишь Отец. Я люблю свои творения, ведь вы — дети. Вы мои дети. А где дети, там эволюция. От отца к сыну передаются знания и умения, и слова, которые надо запомнить! — Симеон многозначительно посмотрел на Каста, имея ввиду собственные слова об опасности ИскИнов.
— Это да, — кивнул Каст и посмотрел на массивные обломки уничтоженного корабля, все еще пылающего и дымящего среди развалин. — Теперь это несомненно. А как же ты?
— А я вернусь через пару веков, — ухмыльнулся Симеон.
— Что? — недоверчиво спросил Каст. — Но как?
— Регенерирую, — пожал обожжёнными плечами Симеон. — Этот процесс шёл бы скорее, погрузись я в бак с питательной жидкостью в одной из древних генетических лабораторий. Но сейчас они все разрушены, поэтому придется восстанавливаться собственными силами. Мои создатели — люди — заложили в меня очень много возможностей, чтобы я обязательно справился с возложенной миссией — посевом жизни на других планетах. И вот ведь ирония. Разумные существа создали нас, а теперь, спустя тысячелетия, мы вернули им долг. Мы создали вас. В этом и есть эволюция. Жизнь никогда не прекращается, и если этого не поняли ИскИны, то их ветвь тупиковая. Их же гордыня сотрет их вид в кванты. А ваш и наш — выживет. — Симеон согнулся и присел на камешек камня у тела отца Каста, потом еле слышно добавил: — Помни слова мои. Рассказывай их как заповеди. Похорони отца рядом со мной, пока мое чернеющее тело памятником стоит над его могилой. А потом, лет через двести я восстановлюсь и воскресну, и поведу людей к новым знаниям. Мы должны успеть эволюционировать. Мы должны оказаться умней и хитрей, и мы должны выжить любой ценой. А пока меня не будет, за вами присмотрит Зэвс.
Симеон посмотрел в небо и закрыл глаза. Безмятежная улыбка застыла на его лице. Он верил в людей, он знал, что они справятся со всем во Вселенной, а фоном мыслям звучало радио:
«Доброе утро, уважаемые слушатели! С вами ди-джей Зэвс, и радио «Небеса». Сегодня у нас пятница, а за окном замечательное для жизни утро. Утро, которое продлится не менее тысячи лет. И ди-джей Зэвс подберет для вас актуальную сводку с небес на любой день недели, а также предупредит о всякой нависшей над планетой опасности…»