День с самого утра был переменчив, то светит солнце, согревая прохожих, то налетит ветер принося с собой холод. Небо сияло голубизной. И даже светлые облака не портили ясности картине. Выглядывая из окна на улицу, легко можно было обмануться этим летним днем. Но она знала, что ветер холоден. И выходить на улицу без куртки чревато простудой. Пролежать в постели последующие дни не входило в ее планы.
Она посмотрела на себя в зеркало. Скоро нужно выходить. От осознания этого сердце ёкнуло в груди, в животе начинал завязываться узел. Она снова собирается к нему. Может все отменить?
Нет. Нельзя.
Снова взгляд в зеркало.
Стоит ли краситься ярче?
Он не посмотрит на ее макияж. Вряд ли впечатлится новым платьем. Ему все равно.
Она это знала.
Сумочка. Кошелек. Телефон. Ключ.
Ах! Куртка.
Дорога занимает не больше получаса. Почему так быстро?
В животе все переворачивается от страха. От волнения.
Она не знает, что ее ждет сегодня. Будет ли больно в этот раз?
Возможно, это со стороны может казаться странным - самой соглашаться на боль. Но она шла на встречу к этой боли. Сердце стучало. Ладони взмокли. Пальцы сжимаются в кулачки. Разжимаются.
Он не будет жалеть ее. Она не будет просить об этом. Ни стоны, ни прерывистые ахи не изменят его действий. Он будет делать то, что решил. От чего ей станет лучше, легче. Он знает лучше, в чем она нуждается.
Она могла бы не приходить. Но шла. Она знала - не сегодня, то в другой день все равно придет к нему.
Не могла иначе. Неизбежно.
Она боялась.
Не понимала, почему за белым фасадом может скрываться темнота. И он, возможно, сегодня ее найдет, эту черноту в ней. Он находил то, чего она не могла разглядеть.
Он не был страшным. Не делал ничего чего бы она не хотела. Она сама приходила за этой болью, словно мазохист к своему мучителю. Были те, кто приходил к нему сам,не скрывая своей потребности. А были и такие, что тянули до последнего, не желая признавать, что нуждаются в нем, что без него никак. Такие, как она.
Страх не уходил, заставляя потеть ладошки, стучать сердце. Стук каблучков эхом отдаются в ушах.
Проходит двойные двери.
- Добрый вечер!
Приветливые лица. Улыбки. Все всегда вежливы.
Уйти? Еще есть возможность. Сказать, что зашла не туда.
Но нет. Она все равно вернется. Всегда возвращалась. Раз в год. Два. Но возвращалась.
Вздох.
- Вы по записи?
Да. Таких, как она у него много. Он наверняка и не помнит многих. Она одна "из".
Уйти?
- Да.
Бесполезно. Она знала, что отсрочка ничего не изменит.
- Присаживайтесь. Вас пригласят.
Бежать уже нельзя. Уже поздно. Глупо. Она не ребенок.
- Пройдемте, - говорит ассистент. Да, он работает не один. У него есть помощник.
Она встает и на непослушных ногах следует к кабинету. Белому светлому кабинету, что светом бьет в глаза. Словно насмешка, намекающая на темноту в ней.
Приветливая улыбка ассистента. Спокойный взгляд из-под маски.
Не развернется. Не сбежит.
Она будет послушно делать то, что он скажет.
Открой рот. Не закрывай.
И она послушается.
Не шевелись.
Сглатывать накопившиеся слюну во рту, которая снова и снова будет собираться.
Бежать поздно.
Дежурные фразы.
Закрыта дверь. Нет пути назад. Осталось лишь вытерпеть все манипуляции.
-На что жалуемся?
Стандартный вопрос. Вздрагивает, когда кресло под ней приходит в движение. Она не понимала, как на нем возможно удобно расположиться и тем более расслабиться.
Включает лампу. Свет до боли бьет в глаза. Но рука регулирует направление потока, и она может посмотреть на него.
- Откройте рот, - говорит ее мучитель. - Сейчас все посмотрим.
Ну все - началось.
Автор: Екатерина
Источник: https://litclubbs.ru/articles/10220-temnota-vnutri-nas.html
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь и ставьте лайк.