Не успели оглянуться, Покров -свадебник на пороге. По первому снежку сыграли свадьбу и Первовы. Всё было как положено: кольца, фата, весёлые гости. Юрий запряг Воронка в расписные сани, под дугу привязал серебряный (от сглазу) колокольчик, накрыл сани пёстрым ковром.
Расписались в сельсовете, отгуляли. Правда, свекрови показалось, что невестка подозрительно поправилась в талии: срок-то ведь был совсем маленький. Язык чесался обратить на это внимание сына, но видя, как счастлив Юрий, махнула рукой: пусть молодые сами разбираются.
Беременность у Любаши проходила легко. О том, что ребёнок пошевелился, она сказала только матери.
-Мама, что делать-то? Ведь роды скоро. Если Юра сам не догадается, эта змея - свекровь подскажет ему. Да и люди будут судачить.
- Да ладно тебе умирать раньше времени. Может, обойдётся как-нибудь?
- Да, как обойдётся-то, мам?
- Раньше надо было думать, когда со студентом по березняку гуляли, да траву мяли в кустах.
Юрий частенько приходил под хмельком. По-хозяйски ласкал жену и безмятежно засыпал. Любаша терпеливо сносила его ласки и с облегчением вздыхала, когда он успокаивался. Долго ещё она лежала, бездумно глядя в темноту: Ребёнок толкался под сердцем, а она ни с кем не могла поделиться этой радостью.
- Что будет, когда всё раскроется?
Она крепко зажмуривала глаза, поворачивалась на бок и старалась заснуть.
Схватки начались в ветреную февральскую ночь. Любаша почувствовала тянущую боль внизу живота.
- Неужели началось?
Она полежала ещё немного, прислушиваясь к ребёнку. Казалось, схватки прекратились.
-Слава Богу,-подумалось ей.
Она даже задремала. Через полчаса боль вернулась, набрала силу и теперь прекращалась лишь на несколько минут.
- Юра, проснись, - она тронула мужа за плечо.
-Что, что случилось?
- Мне кажется, роды начались.
-Как начались ? Ещё два месяца. Ты же в апреле должна родить?
-Юра, я не знаю. Может, преждевременные роды?Ой, как больно!
Юрий, увидев искажённое болью лицо жены, больше вопросы задавать не стал. Он выбежал во двор. Ветер дул такой, что сбивало с ног. Хлопья снега вихрями носились вокруг. Юрий добежал до соседей: у них был единственный на их улице телефон. Кое-как достучавшись, вбежал в дом мимо полураздетого соседа. Позвонил в скорую: у жены преждевременные роды.
Скорая выехала, но вскоре позвонили: застряла в сугробе, подъезжая к селу. Юрию пришлось на коне ехать за трактором. Когда приехала скорая, Люба уже порядком намучилась. Врач на скорой осмотрел Любу:
-Роды начались. Успеть бы нам довезти её до роддома.
- Вы поедете с нами,- сказала она, обращаясь к Юрию,- вдруг машину толкать придётся.
До роддома доехали без приключений. В ожидании вестей, Юрий на автобусе поехал к родственникам. Сестра, встревоженная ночным визитом, накормила его и постелила постель.Намучившийся Юрий заснул сразу же, как только голова коснулась подушки. Утром он позвонил в больницу, и ему сообщили, что у него родился сын - 4.200.
Сестра округлила глаза, услышав радостную весть.
-Юра, но как же?...- и осеклась, увидев счастливое лицо брата.
Свекровь, узнав о преждевременных родах снохи и о внуке весом в 4.200, сначала остолбенела, а потом запричитала:
- Дурень ты дурень. Обвели тебя Бугровы вокруг пальца. да где ж это видано, чтобы недоношенный младенец так много весил. Юрка, ты глаза- то разуй!
Но Юра ничего слушать не хотел. Сына он обмывал обстоятельно, с размахом. Купил ящик водки и наливал каждому, кто хотел разделить его радость.
Вести в селе разносятся быстро, и вот уже в каждом дворе обсуждали новость:
- Слышали, бабы: Любка-то Первова сына родила. Недоношенного говорят.
-Ну да, недоношенный -4.200.
- Ой, так это что получается: не Юркин он что ли?
- Видно не зря про медика-то сплетни ходили.
- Вот Любка даёт: повесила Юрке чужого ребёнка.
-А он-то, дурак, и не догадывается.
- Да хватит вам сплетничать! Лучше в своих подолах репьи посчитайте.
Между тем, Любу с ребёнком должны были выписать. Юрий, трезвый по такому случаю, поехал за ней. Всё было как положено: цветы и шампанское акушеркам, Огромный букет роз Любаше.Она боялась глаза поднять на мужа. Да он и не замечал её виноватых глаз. Всё внимание было поглощено голубым свёртком, повязанным синей лентой. Когда Юрий взял на руки крохотное существо с крутым, нахмуренным лобиком, с крепко сжатыми кулачками, такое хрупкое, он понял, что его сердце отныне бесповоротно принадлежит этому беззащитному созданию. .
(продолжение следует)