Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Лирика

Ведь я гламурный герой, шептались в темноте, Такой сияющий и светящийся, мой взгляд не оставил следов. Но теперь им ясно, что я не модель для подражания, Потому что они взяли мой проблеск и сияли им с презрением. Мой свет сострадания начинает исчезать, Ибо их суд привел меня прямо в ярость. Я больше не предлагаю благодати их жестоким намерениям, Но месть будет моей, они будут сожалеть и каяться. Моя решимость разжигает огонь в моей душе, Месть придет без рыцарской роли. Я настроен защищать с силой и решимостью, Принося им ужас перед тем, что произойдет из моего формирования. О люди ужаса, внимайте и берегитесь, Твоя несправедливость ко мне оставит тебя ошеломленным и наполненным страхом. Ибо герой может воскреснуть, какими бы жестокими ни были люди, Когда их бушующий гнев оставляет только шпиль бедствия.

Ведь я гламурный герой, шептались в темноте,

Такой сияющий и светящийся, мой взгляд не оставил следов.

Но теперь им ясно, что я не модель для подражания,

Потому что они взяли мой проблеск и сияли им с презрением.

Мой свет сострадания начинает исчезать,

Ибо их суд привел меня прямо в ярость.

Я больше не предлагаю благодати их жестоким намерениям,

Но месть будет моей, они будут сожалеть и каяться.

Моя решимость разжигает огонь в моей душе,

Месть придет без рыцарской роли.

Я настроен защищать с силой и решимостью,

Принося им ужас перед тем, что произойдет из моего формирования.

О люди ужаса, внимайте и берегитесь,

Твоя несправедливость ко мне оставит тебя ошеломленным и наполненным страхом.

Ибо герой может воскреснуть, какими бы жестокими ни были люди,

Когда их бушующий гнев оставляет только шпиль бедствия.