II Prison art.
Круг 1
Авокадию совсем нездоровится. Мы в последнее время мало общаемся, он будто бы всё время находится в астрале, спрятался и не хочет выходить. Сегодня вот что-то суматошно писал в своём свежем дневнике, с закатом на обложке. Чёрным солнцем… Наверняка чиркал о том, как ему плохо, как его все достали. Мучается, что родился в таком мире, что не родился пару десятков лет раньше и на пару тысяч километров подальше. Видит Бог, я хочу помочь ему, заблудшему, но что я могу сделать? - я всего лишь воображаемый приятель, прозванный господин Неизвестность. Так хочется сказать хоть что-то, намекнуть, подсказать. Он никому не нужен. Боюсь, что уже даже самому себе. Это всё подростковое. Они все такие – копируют других несчастных. В этой жизни нужно найти себя и всё сложится удачно. Поиски, как всегда, бесконечны и я уверен, что ему по силам перерыть всё вокруг, ища золотой середины. Он переживёт сто штормов и вьюг на этой ржавой дрезине.
…
(Дневник страница 17)
СВЕТ ПРЕДВЕЧЕРНИЙ. Знаете, как это бывает?? – сейчас ты хочешь, а завтра уже не тянет. Поэтому «они»(из тех, кто древнее) и вспоминают всегда эту фразочку америконца-просветителя: НИКОГДА НЕ ОТКЛАДЫВАЙ НА ЗАВТРА ТО, ЧТО МОЖЕШЬ СДЕЛАТЬ СЕГОДНЯ. Вот уж, действительно, дельные слова, которым никто (ПОЧТИ НИКТО) не следует. Поэтому я не хочу продолжать толкать топик про Кисель-Кислинку. Я же говорил, она – скучный субъект. Может быть потом! У меня было много подобных прецедентов… Я уверен: ещё вспомню их все по ходу дела. Давайте-ка лучше покумекаем про действительно важное – искусство или сжатее – тюремное искусство.
МУЗЫКА!! Я обожаю музыку, самую разную: от ласкового джаза до выносящего мозг метала. Мои любимые группы? – ВОРОТА, ОТДЕЛ РАДОСТИ, БУДДИСТСКОЕ УМИРОТВОРЕНИЕ, ОПАСНАЯ КОШКА И БАЗАРЯЩИЕ БОШКИ. Люблю эти коллективы, каждый чем-то примечателен. Человек, из музыкального мира, который на меня повлиял в высшей степени – мистер КОРОТКИЙ ШАЛАШ. Странное имечко, но парень реально знал своё дело. «Знал», потому что Шалаш давным-давно сгорел. Можно сказать, спалил сам себя. Трабл (с англ. «Беда, проблема») зуммерочков в том, что на них всякое старьё оказывает разное влияние, а новьё – одинаково болезненное. На кого-то Шалаш производит впечатление неудачника с одной приличной песенкой, на кого-то – гения-интеллектуала- полу-боженьку, сожранного обществом потребления, на кого-то – отчаявшегося пожирателя коробочек недозревшего снотворного мака. Наверное, это касается поколений, опевающих(как ноты, например, ноту «ре» опевают «до» и «ми) поколение самого Шалаша, а не конкретно зуммерков. Дружок, если ты разбираешься в людях, то ты знаешь, что Шалашик был не первый, не второй и не третий. Он – боль, выраженная в песенках – весёлых и не очень. У Шалаша была песня, где он буквально требовал себя отодрать, срывая голос. Довольно пугающая тема. Я помню на одном из ранних шоу, Шалаш перед исполнением этой концептуальной композиции произнёс: «ЭТО ПЕСНЯ ПРО ВОЛОСАТЫХ ПОТНЫХ КРАСНОШЕИХ МАЧО…» Весь зал одобрительно заорал. Шалаш напрягся и неодобрительно посмотрел в сторону друга-хорвата и добавил: «которые насилуют». Все стихли. Это было почти удивительно. Шалаша очень бесило, что с ростом популярности на его шоу приходили ребятишки, против которых он выступал. Ну, оно и видно – это как попытаться выдавить чирей на носу, а на утро обнаружить другой огромный на заднице. Извините за такую мерзость, но «что естественно, то не безобразно», как говорила моя учительница математики в среднем звене.
Некоторые БЭБИКИ-БУМЕРЫ и их подражатели завозят бодягу, мол - Шалаш не предлагал ничего по настоящему дельного в своей лирике. Ха-ха, старички не способны воспринимать метафоры, особенно, когда это касается людей выросших в обществе, где всё было буквально. Никто ничего не делал АБСТРАКТНОГО из ряда каждодневных лиц; это было похоже на классический мужицкий устой – сказал - сделал. Мало кто в курсе, но ведь «главный» основоположник абстракционизма родился именно в этой стране…позже родине красной идеологии. Он, разумеется, свалил во Франкию. До него была шведка из дворца, но, к сожалению, минорной известности. Не буду растекаться как кисель, сами почитайте, если интересно.
Возвращаясь к Шалашу, могу лишь добавить, что я делал про него презентацию в среднем звене. Это был урок языка прогресситов. К моему разочарованию, тётя Мотя не была awfully happy about my project, но, и я знал язык несовершенно, поэтому буквально зачитывал всю подноготную бедного Шалаша, не сильно вникая в суть читаемого. Боже, ну и физиономия у неё была. Не сильно счастливая. Можно себе представить. По окончании выступления тётенька сказала: «ВСЕ МАКОЗАВИСИМЫЕ ТАК КОНЧАЮТ». Ха-ха-ха. Я сидел и плакал…потому что… Почему. Бы. И. Нет. Я был ужасно расстроен этим её заявлением. Мне немедленно захотелось стать макозависимым.
Наши отношения с Мотей не испортились, просто таким макаром я тайно распознал в ней примитивный субъект, и, видать, несчастную женщину, коль кольца у неё не было на безымянном пальчике, а дочурка была, собственно, возможно, её бывший был мастак в маке или в чём-то другом мусорном. Иногда ты обязан делать скидку людям, дружок, в этом вся суть межличностных отношений.
В моей тюремной жизни было 7 учителей языка прогресситов – три в одной тюряге – три в другой, последний – в «outer space»(некоторые, да что уж «громадная часть» из «inside space» – тюремного состава, - называли людей с просторов ужасным словом репетитор, repeat it – c англ. «повтори это»; помысел таков: репетитор заставляет тебя копировать что-то, «нагоняет» тебя; жаль, что всегда выходило, что мне они всё рассказывали с нуля, представляя собой ревилитеров – reveal it – с англ. «раскрой это»). И все они были приятными женщинами. Более приятными, чем другие teachers. Оттого, что их личная жизнь вышла более удачной. Во второй половине заключения язык прогресситов стал моим любимым сабджектом. Впрочем, одна из них однажды заявила следующее, эта была руководителем нашей группы заключённых: «ЕСЛИ ВЫ ДУМАЕТЕ, ЧТО Я БУДУ ПОСВЯЩАТЬ ЖИЗНЬ ВАШИМ ДЕТЯМ, НЕ НАДЕЙТЕСЬ, У МЕНЯ ЕСТЬ СВОЯ СЕМЬЯ». Мать моя негодовала из-за этих её слов. Хотя, на мой взгляд, всё очень даже логично. Это суровая правда существования – вы никому кроме своих мамки с папкой не нужны. Но это другой топик(topic – с англ. «тема») и едва ли имеет что-то общее с ИСКУССТВОМ.
Вы отлично понимаете, что я имею в виду под тюрягой. Это должно быть очевидно по двум причинам – понятно, почему это тюряга, и понятно, почему я не называю это так, как это реально называется. Кормят отвратительно, не как в Новом Свете, выбора нет, да даже если бы и был, сами «ячейки» не представляют особого интереса, зато бабосы с предков берут внушительные. Еда – это тоже часть прекрасного, а не средство выживания, если вы только не поглощаете daily тот знаменитый корейский фаст-фуд. Некоторые претенциозные слизняки вообще предпочитали не платить за еду в столовой, таскали с собой свою хавку, разнося по округе романтичный запах копчёной колбасы и кофе. Но, быть не как все было нежелательно. Большая очкастая надзирательница, ездящая в школу на немецком чёрном коне с огромными копытами, всегда отслеживала таких противников устоя – и высказывала и самому отпрыску, и его дорогим родственникам.
Воняет тут как раз так, как я описывал в самом начале; Вторая тюряга была не такой уж и дурной по внешней составляющей, ослепляла ароматами не так сильно, как первая, потому что она была для БОГЕМЫ, тех самых «привилегированных зуммеров», к которым я себя никогда не относил, детей крутых БАНДИТОВ, ВОРОВ, НАРКОТОРГОВЦЕВ и хороших трудящихся людей. Хотя вонищи «реальной» было не так много, вони «фигуральной» было предостаточно и вторая вонь естественно исходила от людей и их поступков. Так, возникает палка о двух концах - почему человек может быть с привилегиями. Либо он чересчур достойный, приземлённый, свеженький, мятный, либо чересчур подлый, изворотливый, вонючий. К счастью или к унынию, моя компания преобладала чуваками из семей первых. Как любила говорить наша учительница счетоводства – людей ДОБРОСОВЕСТНЫХ.
Третья, помимо еды и вони, и главная причина моего неудовлетворения тюрячкой – сама учёба. Я пожалуюсь на неё на чистой странице, мы всё-таки говорим про ИСКУССТВО, поэтому к нему и притронемся нежно, кончиками пальцев ног нежно пощекотав поверхность воды этого бездонного бассейна, описав лучшее, что предлагала ugly prison в каждом его углу. О, КАК ЗАВЕРНУЛ.
Была у нас в школе одна совершенно необычная тичерша. Это совершенный экземпляр, приятель; это то, почему я не могу однозначно полить тюрягу шквалом фекалий. Её звали Люсия Марковна Орлик, она была преподавателем предмета с названием МХК – мир художественной культуры. Женщина разговаривающая на высоком языке, с любимым словом «тупица». Несмотря на цифры в паспорте, очень яркая, энергичная, напористая. Вы видели таких. Кто-то стар в 18, кто-то молод в 80. Рад сообщить, что на мне любимое слово не оттачивалось, я был из латентных любимчиков госпожи. Она рассказывала нам про зарождение искусства, его «подъём», лучше сказать «рассвет», и, наверное, приземление – куда? – непонятно. Наверное прямо в эту писанину. Её отличительной чертой было то, что она не сидела аккуратно на кресле, высокомерно сложив руки, и не стояла рядом с проектором, демонстрируя все эти культурные примечательности с лицом всезнайки, выполняя руками и ногами трюки покруче Марсика Морзова – она сидела на столе и очень чётко и изящно, без всяких вспомогательных листов, книг, телефонов подавала на блюдечке материал. Она производила на меня невероятное впечатление.. Я мирно сидел и слушал. До тех пор пока одна несчастная не уронила пенал. Да, такое бывает. Но у малютки был телефон рядом с пеналом. «ВОН, ПОШЛА ВОН ОТСЮДА!» - ха-ха, ну хоть не ушатала этим пеналом по бестолковой башке, и то ладно. «Я НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЛА» - «ВООООООООООН!!!» Я был хорошенько напуган, исторически очень не любил, когда учителя делали crescendo голосом, мне это напоминало дом родной, иногда казалось, что я в тюрячке, просто чтобы не скучать дома. То, значит, был первый урок у Орлика.
Есть такой период в жизни взрослых людей, называется «кризис среднего возраста». Это когда тебе уже прилично лет, ты понимаешь, что многое было упущено, тебе от этого тошно, хочется провалиться под землю. Тебе печально, что ты так и не смог изменить мир, печально, что следующее поколение в разы не совершенней предыдущего. Это было в Орлик. Тайно. И не только у неё. У некоторых страдальцев ещё и бэбики на шее с жёнами или мужьями. Со всеми надо делиться. Я неоднократно слышал истории вроде: у какого-то парня отец страдал из-за deep depressionдолгие годы, из-за этого самого MIDDLE AGE CRISIS, пил, пожирал фармацевтику пачками – в итоге скрючился и скончался второпях или того хуже – намеренно ушёл из жизни: повесился, застрелился, утопился, скинулся с моста, отравился, сжёг сам себя в печи и много разных интересных «искусных» способов покончить с существованием на неидеальной планете с неидеальными людьми и самое главное – неидеальным собой. Я думаю, что эталонный презерватив от депрессии – настоящая любовь. Если человек, что-то по-настоящему обожает и любит, он просто так собственноручно не сгинет, он позволит этой любви убить себя. Это то, что примерно пытался сказать тот знаменитый немец-алкоголик с кучей прыщей и батей-деспотом. Женщины? Искусство? Написание дневника графомана? Всё, что угодно, друг, всё, что может тебя спасти, всё, что не пошло и не прикрывается, извращается, душит и пьянит. Ничего общего с религией и верованиями. Кристальный зуммер далёк от этой базы. Чистое искусство – это любовь. Любовь можно услышать в музыке, увидеть на картинах, разглядеть в зрачках, почувствовать за ухом, лицезреть в подарочной упаковке. К сожалению, я пока не видел чистого искусства, себе посвящённого. Это жизнь зуммера. Она совращает тебя к одиночеству. Ты такой – потому что life is so. Ты такой, потому что LIFE made you so. Все вокруг такие же, потому что никто не сказал им, что быть другим – it is better than to be the same as others.
Тюрьма доводила меня до белого коленья. Иногда я ворочался всю ночь, думая о завтрашнем уроке счетоводства или динамичному диктанту по Russian language. Мне никогда не приходилось брыкаться во сне из-за искусства, волноваться из-за него, бояться его присутствия в тюряге, ибо его проявление было только на уроках Орлик – один жалкий раз в неделю, да и то – лимитированное по времени, ограниченное по обхвату, часто прерываемое неловкими движениями чьих-то куриных лап. Я жестоко ненавидел всё и вся, и ненавидел себя за это. Когда я вспоминаю об этом, мне становится грустно. Эндорфины покидают моё тело, серотонин уходит в небытие, это может быть опасно, в такие моменты лучше проспаться. То было ТЮРЕМНОЕ ИСКУССТВО. Странная вышла документация.