Лигда только сделала первый глоток ароматного чая, когда в дверь постучали. -Хозяйка, открывай, дело есть! – послышался за дверью голос деревенского старосты. Колдунья недовольно поморщилась. Еле сдерживая раздражение, женщина поднялась и распахнула дверь.
-Ну, что опять? – ворчливо спросила она, – Я же сто раз уже объяснила, что отошла от дел!
-Дак, это - то понятно, – почесал затылок незваный гость, – да ведь только дело каждого жителя деревни касается! Не стал бы я тревожить Вас понапрасну, уважаемая Лигда!
Колдунья обреченно вздохнула, поняв, что так легко гость не отстанет.
-Ну заходи, я как раз чай пить собиралась. И тебя угощу, раз пришел, – пригласила она старосту в дом. Налив гостю чай, она предложила рассказать с какой бедой он к ней пожаловал.
-Странное что-то творится в нашем лесу, – начал рассказ староста, шумно отхлебнув предложенный напиток, – Вы сами – то давно там были?
-На той неделе, – припомнила колдунья, – Запас трав кое-каких надо было пополнить.
-Да, тогда еще все в порядке было, – кивнул гость, – а последние пару дней чертовщина какая-то началась. Только в лес ступаешь, сразу ощущение такое... неуютное. И холодно, словно в склепе. Но это еще полбеды. Не слышно стало в нашем лесу птиц, следов зверей не найти. А до озера, что в чаще леса, где рыба отменная водится, вовсе не добраться. Словно лесной хозяин с тропы проторенной уводит, из лесу выгоняет. Да еще девки по ягоды пошли, да вернулись ни с чем. Говорят, все ягоды пропали. Погибает наш кормилец! Вы бы хоть глянули краем глаза, что там происходит, а?
-И правда, дело серьезное. Ладно, схожу взгляну, – подумав, согласилась Лигда.
Откладывать дело колдунья не стала и, проводив старосту, сразу же собралась в путь. Лес и правда встретил ее тишиной и неприятным холодом. Заклинание поиска источника зла указало ей, что добраться нужно до самого сердца леса. Все тропы в этом лесу колдунья успела выучить наизусть, однако в этот раз попытки дойти до места закончились ничем. Каждый раз Лигда выходила из леса обратно к деревне, вместо того, чтобы углубиться в чащу. Хмыкнув, колдунья порылась в сумке и достала амулет, созданный для того, чтобы хозяин леса с тропы не сбивал. Активировав и повесив его себе на шею, Лигда снова углубилась в лес. На сей раз тропинка не убегала из под ног, послушно стелилась под ноги.
Чем глубже Лигда забиралась в лес, тем отчетливее ощущалось зло, поразившее лес. Краски исчезали, уступая место серости. Со всех сторон начал подступать туман. Вдруг из тумана вышел сам хозяин леса, но выглядел он не так, как обычно. Глаза его были налиты кровью, ступал он неуверенно. Грибы, некогда украшавшие его лиственную шевелюру, сморщились и высохли, а руки – ветви он вытянул вперед, слепо шаря ими перед собой. От него тянуло опасностью и колдунья предпочла отступить с его пути, спрятаться за стволом дерева, затаив дыхание, в надежде, что амулет сумеет укрыть ее от внимания существа, которым стал хозяин леса. К счастью, амулет сработал как надо. Когда лесной хозяин снова скрылся в тумане, Лигда осторожно продолжила путь по ставшему чужим и опасным лесу. Вскоре она добралась до его сердца. Росший там огромный старый дуб оказался весь поражен черной вязкой порчей, которая растекалась от него во все стороны, заражая все вокруг.
-Ну надо же! Сотню лет на свете прожила, а такой злобной порчи никогда не встречала! – пораженно прошептала колдунья, – Хватит ли мне сил справиться с ней в одиночку?
Внимательно осмотрев несчастное дерево, Лигда решила рискнуть. Конечно, даже в случае успеха, после этого она еще долго будет приходить в себя, но и медлить было нельзя. Порча могла быстро выйти за границы леса и поразить собой деревню и ее жителей. Первым делом колдунья озаботилась своей защитой. В любой момент мог снова появиться лесной хозяин, превращенный порчей в злобное создание. Тогда пришлось бы прервать колдовство и потом начинать все сначала. Заключив себя в защитный круг, Лигда принялась за снятие порчи. Шаг за шагом она распутывала узелки заклятия и наконец нащупала канал, по которому порча была связана с тем, кто ее наложил. Собрав все свои магические силы, колдунья одним мощным ударом разбила заклятие, отправляя последствия хозяину порчи. Признаки поражения немедленно начали покидать лес. Туман рассеялся, стало теплеть. Вот и робкие голоса птиц зазвучали тут и там. Наконец и дуб зашелестел ветвями, словно вздыхая после долгого кошмарного сна. Лигда поднялась, за что тут же поплатилась головокружением. Она поспешила снова присесть, прижавшись к теплому стволу дерева, излучавшему жизнь и благодарность своей спасительнице. Уставшая колдунья задремала, а когда снова открыла глаза, на лес уже опускался вечер. Из леса к дубу вышел лесной хозяин, уже в привычном своем обличьи. Подойдя к Лигде, благодарно склонил вновь зазеленевшую голову с ожившими грибочками и протянул сучковатую руку, чтобы помочь ей подняться. Колдунья с радостью приняла помощь. Лесной хозяин проводил спасительницу до самого края леса, откуда она уже сама добралась до дома.
Несколько дней спустя к Лигде снова заглянул староста, чтобы справиться о самочувствии колдуньи и передать подарки, собранные для нее жителями в благодарность за помощь. За чаем они обсудили произошедшее.
-Вот только опознать заклинателя мне не удалось, – посетовала Лигда, – совершенно незнакомое мне плетение.
-Есть у меня по этому поводу подозрение, – вздохнул староста, – Не так давно к нам хотела колдунья одна подселиться, практику здесь свою открыть. Вот только земля – то слухами полниться, а про нее слухи эти уж больно нехорошие. Дескать она и порчами с проклятьями балуется, и приворотами не брезгует. В общем, отказали мы ей. Но в соседней деревне ей местечко неожиданно нашлось. И будто неплохо у нее там дела шли, но ровно в тот день, как Вы порчу с нашего леса сняли, стала она сама не своя. Сказывают, кашель на нее напал сильный поначалу, а после начала она вся сереть, глаза кровью налились, а она принялась на людей бросаться, словно бешеный зверь. Насилу скрутили ее бережно, чтобы в столицу на лечение отправить. Вот и думаю, не затаила ли она обиду на нас, не решила ли в отместку леса – кормильца лишить?
-Похоже на то, – кивнула Лигда, – порчу – то пришлось по обратному адресу отправить, никак иначе ее убрать полностью не вышло бы, мудреное очень заклятие. А в таком случае она бы проявляла себя снова и снова. Ну да, надеюсь, будет ей это уроком и после того, как вылечат ее от последствий, поосторожнее она с колдовством начнет обращаться, перестанет людям вредить.
-Да, кстати о колдовстве... – начал было староста осторожно.
-О колдовстве - все! – отрезала Лигда, – Не практикую я более, хватит с меня! Мне уж сто годков стукнуло, пора бы и для себя пожить, не думаешь?
-Сто? А выглядите не старше, чем на тридцать! – восхищенно воскликнул староста.
-Ну так колдовство в крови старение замедляет. Оттого и живут маги так долго, – кивнула Лигда, – а ежели деревне так нужна практикующая колдунья, давайте я лучше бывшим коллегам письмо напишу, уж они помогут найти сюда кого надежного и толкового.
На том и порешили. Староста отправился по своим делам, а колдунья спустилась в погреб, чтобы решить, с чем она сегодня пирог будет печь. Именно для того, чтобы заниматься такими маленькими радостями жизни, она, бывшая командующая королевским колдовским отрядом, и ушла, наконец, в отставку...
Конец
