16 февраля в прокат выходит фильм режиссера Когонады «После Янга», участвовавший в программе «Особый взгляд» Каннского кинофестиваля 2021 года. Подробнее — в материале «Сноба».
Кадр из фильма «После Янга»
Фото: A24
Одним абзацем
В «После Янга» Когонада расставляет для зрителей приманки: известные актеры, привлекательный дизайн мира будущего, политизированные фразы про важность культурного наследия — все ради сентиментального рассказа о тонкости материи человеческих отношений. Герой Колина Фаррелла в памяти гуманоида-помощника обнаруживает чувства, которых уже давно нет в его жизни. Мир будущего Когонады почти не отличается от нашего мира настоящего. Потому что его кино про человека, который чувствует себя особо одиноким в мире технологий. Лекарство от одиночества, по мнению режиссера, — бережное отношение к близким или погружение в мир воспоминаний.
Чем заняться в Москве и Санкт-Петербурге 16–22 февраля. Неделя со «Снобом» Читайте также
Подробно
Китаянка Мика — приемный и единственный ребенок в семье. Для нее родители, Джейк (Колин Фаррелл) и Кайра (Джоди Тёрнер-Смит), купили высокотехнологичного гуманоида Янга (Джастин Х. Мин), чтобы он рассказывал девочке о ее культуре. Во время совместных танцев робот ломается — починить его невозможно, но можно извлечь хранилище памяти, которое обычно не предусмотрено для модели андроида такого типа. Джейк погружается в воспоминания искусственного интеллекта, который вышел за рамки заданных программ.
Кадр из фильма «После Янга»
Фото: A24
Тема осознанности искусственного интеллекта — опасный материал для автора, потому что это поле изучено вдоль и поперек. Вряд ли кто-то сможет превзойти главный манифест постгуманизма «Призрак в доспехах» (1995, реж. Мамору Осии), где в будущем людям только остается верить, что в их головах находится мозг, а не сложный электронный механизм. В концепте будущего Осии человек из осязаемого существа превратился в идею, мир же заполнен абсолютной пустотой, в которой изредка мерцают признаки жизни. Может быть, поэтому, осознавая свое проигрышное положение, режиссер «После Янга» Когонада не углубляется в тему робототехники, а использует гуманоида Янга для разговора о возникновении человеческих связей, сути межличностного общения и памяти.
Кадр из фильма «После Янга»
Фото: A24
Когонада поступает умно, не объясняя прямо, что чувствуют герои по отношению к своим близким, подразумевая, что об их переживаниях можно легко догадаться. Герой Колина Фаррелла немного стесняется того, что у его жены более успешная карьера, а он управляет малопопулярным магазином чая и присматривает за дочкой. Раскол между Джейком и Кайрой — часть большого разговора автора о потере или возникновении контакта между людьми. Отдалившиеся и уставшие друг от друга родители Мики — противоположность Янгу и его тайной возлюбленной. Гуманоид никогда не делился с этой девушкой своими чувствами, но они становятся кристально понятными, когда Джейк глазами робота видит их тайные встречи.
Кадр из фильма «После Янга»
Фото: A24
Сложности человеческих взаимоотношений в «После Янга» связаны с темой памяти. Джейк считает, что каждый сорт чая несет в себе информацию о месте, где его вырастили. Почувствовать и оценить глубокий вкус сможет только специалист или тонко настроенный человек. Вводя в фильм такую метафору — напитка как многослойного мира, — Когонада как бы делает сам себе комплимент, описывая таким образом и свой фильм. С богатым вкусом высококачественного чая скорее можно сравнить «Сядь за руль моей машины» (2021) Рюсуке Хамагучи. У Когонады же все более просто: смысл его визуальных метафор герои иногда объясняют вслух.
Кадр из фильма «После Янга»
Фото: A24
Когонада сравнивает память человека с памятью природы, вот только никакой ценности это сравнение в себе не несет. Автора больше интересует сентиментализм человека, маленькое путешествие-расследование Джейка, просматривающего самые важные моменты из жизни андроида Янга. Он не увидит ничего особенного — это и есть самое важное в фильме Когонады, его тихий манифест посреди громких метафор. По-настоящему ценно что-то неуловимое, та пара секунд, в которых спрятана вся жизнь. В одном семейном фото, в отражении себя в зеркале, в солнечных лучах, пробивающихся сквозь листву, в рутинных делах и в камнях, подпирающих могилу неизвестной девушки.