Идиоты из SJW хотят снести памятник Черчиллю, за какие-то расистские высказывания.
Несмотря на то что именно он в 1940 году не начал переговоры с Гитлером о мире и не пошел на его условия, тем самым начав борьбу за достоинство своего народа и за свою страну. Ведь с диктаторами нельзя договариваться, потому что завтра они будут требовать всё больше и больше, и Черчилль, в отличие от его предшественников на этом посту, это понимал, точно описывает эту мысль цитата Черчилля из фильма "Темные времена" - Когда вы, наконец, поймете, что невозможно договориться с тигром, если твоя голова у него в пасти!
А ведь если на посту был какой-нибудь Чемберлен то я не на минуту не сомневаюсь что он пошел бы на любые условия мира, именно ради мира, который он уже якобы привёз после Мюнхенского соглашения в 1938 году, где он пожертвовал суверенитетом Чехословакии.
К тому же если бы Великобритания подписала все таки мир, то у Гитлера освободилось бы намного больше солдат, танков, самолетов, артиллерии и т.д, чтобы напасть на Советский Союз. И я думаю, что навряд ли СССР справился без Второго фронта, ленд-лиза и что не на есть моральной поддержки.
Кстати, к этому Черчилль сам не раз участвовал в военных конфликтах в Индии и в Африке. Мне запомнился случай в Южной Африке когда он ехал вместе с отрядом в 150 человек на бронированном поезде и буры в удачный момент подкатили артиллерию к господствующей вершине, и угодили прямо в паровоз, машинист Чарльз Драйвер надеясь прорваться, дал полный ход. В километре от Фрера уклон закончился, но в этот момент платформа с ремонтниками и две бронированные платформы, которые оказались впереди паровоза, сошли с рельсов. Выяснилось, что буры подложили на рельсы огромный валун. В результате крушения одна из платформы опрокинулась и перегородила путь. Черчилль предложил свою помощь капитану Холдейн, он полностью доверял Уинстону и поэтому согласился на его помощь. Пока Черчилль пытался расчистить путь Холдейн занялся подавлением огня по артиллерийским позициям. Черчилль успешно руководил солдатами и подсказывал машинисту как и куда подавать паровоз, чтобы столкнуть с рельсов поврежденную платформу. Вагнер был ранен в лицо осколком шрапнели. Позже он расскажет денщику Уинстона Уолдену, что после ранения сказал Черчиллю "Мне конец". На что тот ответил "Выше голову, старина, я с тобой".«Я боялся, что машинист в панике и не сможет управлять локомотивом, – напишет Черчилль принцу Уэльскому две недели спустя. – Но когда я сказал ему, что, если он справится, его наградят за мужество, он взял себя в руки и под моим руководством вернулся на свой пост». Пока Черчилль, машинист и солдаты занимались этим нелегким делом, британцы открыли огонь по бурам из корабельной пушки. Она успела сделать четыре выстрела, после чего в нее попал снаряд. Холдейн приказал артиллерийскому расчету укрыться на бронированной платформе, откуда, как он доносил, «велась непрерывная стрельба по пушкам противника, что существенно мешало им вести прицельный огонь».
Двое буров были убиты. Тем временем Черчилль с солдатами под непрерывным огнем пытались убрать три сошедшие с рельсов платформы. Четыре солдата при этом погибли, тридцать получили ранения. Позже Черчилль узнал от командующего артиллерией буров, что их тяжелые пушки в среднем выпускали по тридцать снарядов в минуту каждая. «Когда понимаешь, что дистанция была примерно в километр, – рассказывал он принцу Уэльскому в письме, написанном две недели спустя, – можно представить, какому обстрелу мы подверглись и какой звон стоял от шрапнели, бьющей в броню платформы».
«В течение часа, – писал Холдейн в официальном рапорте, – усилия освободить путь ни к чему не приводили. Тяжелые платформы сцепились между собой, бригаду ремонтников никто не мог найти, но Черчилль с неослабевающим упорством продолжал свое дело. Именно ему принадлежит основная заслуга в освобождении пути от сошедших с рельсов платформ. При этом он часто оказывался под огнем противника. Его доблестное поведение невозможно переоценить».
Один из солдат бронепоезда, рядовой Уоллс, через месяц отправил письмо сестре, которая переслала его леди Рэндольф. Он, в частности, написал: «Черчилль – отличный парень. Он ходил под огнем так спокойно, словно ничего вокруг не происходило, и призывал добровольцев помочь убрать с дороги платформу. Его самообладание и все поведение были полезнее усилий пятидесяти человек».
Усилия Черчилля увенчались успехом. Путь был расчищен. Примерно в 8:30 утра паровоз смог продвинуться вперед. Но Черчилль предложил сдать назад к платформам, которые оставались на рельсах, чтобы подцепить их и забрать раненых. Оказалось, что сцепка повреждена бурским снарядом. «Тогда, – рассказывал потом машинист Вагнер, – Черчилль бросил на землю пистолет и бинокль и стал помогать раненым садиться в тендер. Я видел, как он помогал им. Он был совершенно спокоен и при этом пахал как негр. Непонятно, как он не пострадал, ведь в паровоз попало не меньше пятидесяти снарядов».
Погрузив раненых, Черчилль дал указание машинисту, которого позже рекомендовал представить к медали, на малой скорости вести паровоз с тендером в сторону Фрера. По пути они заметили еще нескольких раненых. Черчилль сумел взять и их. «Он вел себя как настоящий храбрец, – рассказывал один офицер через два дня газете Natal Witness. – Таких еще поискать».
Паровоз и тендер, битком набитый ранеными, двигался в сторону Фрера. Черчилль ехал с ними. «Убедившись, что движению паровоза ничто не препятствует, – писал позже рядовой Уоллс сестре, – он проехал с нами меньше километра, после чего спокойно слез и пошел назад помогать другим раненым. Убедившись, что ими есть кому заняться, Черчилль отправился пешком к месту аварии, чтобы помочь капитану Холдейну». Холдейн же тем временем старался перевести свои пятьдесят человек в близлежащий амбар, чтобы оттуда продолжать бой. Но тут два британских солдата подняли над головой белые носовые платки. Увидев сигнал капитуляции, буры прекратили стрелять и поскакали в их сторону.Холдейну ничего не оставалось, кроме как сдаться со своими людьми. В это время Черчилль все еще шел вдоль рельсов к месту крушения. Но дойти ему не удалось. Пройдя метров двести, ему показалось, что он видит двух дорожных рабочих. Но он ошибся – эти двое оказались бурами, которые тут же навели на него винтовки. Он побежал обратно к паровозу. «Буры стреляли, пока я бежал вдоль рельсов, – вспоминал он позже. – Пули свистели буквально в нескольких сантиметрах от меня. На пути оказалась траншея глубиной около двух метров. Я спустился в нее, но это было плохое укрытие. Единственное, что давало мне шанс, – это скорость. Я метнулся вперед. Снова две пули пролетели рядом, не задев меня».
Он выбрался из траншеи и прополз под проволочным ограждением. Затем обнаружил небольшую ложбину и заполз в нее, пытаясь отдышаться. Выглянув, он увидел в двухстах метрах крутой берег реки. «Там можно было укрыться, – писал он. – Я встал, собираясь совершить рывок к этому берегу. Но вдруг увидел всадника, несущегося ко мне во весь опор». С расстояния сорока метров бур, лейтенант Остхайзен, прокричал что-то, но Черчилль его не понял. «Я был готов убить его, – вспоминал он позже. – После всего пережитого мне очень хотелось это сделать». Черчилль положил руку на ремень, пытаясь нащупать пистолет. Но пистолета не было: он забыл, что, помогая машинисту, бросил его. Бур держал Черчилля на прицеле. Он поднял руки – и стал пленным.
(И это только несколько подвигов Черчилля, позже напишу про остальные и также про пребывание Черчилля в плену и про его побег)
Поэтому этим бездырям в SJW которые хотят стереть из истории великого и достойного уважения человека из-за нескольких расистских фраз советую или принимать историю такую, какая она есть, или изолироваться от этого мира, чтобы не промывать мозги будущему поколению.
Я рад, что премьер-министр Великобритании Борис Джонсон имеет другое мнение на этот счёт "Да, Черчилль иногда высказывал мнения, которые являются неприемлемыми для нас сегодня, но он был героем, и он полностью заслуживает своего мемориала.
Статуи в наших городах были установлены предыдущими поколениями. У них были другие точки зрения, другое понимание добра и зла. Но эти статуи учат нас нашему прошлому со всеми его недостатками. Разрушать их — значит лгать о нашей истории и обеднять образование будущих поколений." Также он сказал что памятник Уинстону является «постоянным напоминанием о достижениях того в спасении страны — и всей Европы — от фашистской и расистской тирании».
И прошу обратить внимание на фотку где эти мрази зачеркнули фамилию Черчилля и написали "Был расистом", я бы на них посмотрел как они без этого "расиста" гнили в концлагерях, стояли на коленях у фашистов и были бы подопытными крысами. И если протестующие так и будут продолжать уничтожать памятники, частную собственность и избивать обычных людей, то я уверен, что через некоторое время придет человек который этих животных (по-другому их поведение объяснить не могу) поставит на место.