Я был немного ошарашен, если честно. Звонил тыловик части. Вот почти дословно наш разговор (имя тыловика - вымышленное).
Я был немного ошарашен, если честно. Звонил тыловик части. Вот почти дословно наш разговор (имя тыловика - вымышленное).
- Добрый день ВоенПенс!
- Приветствую Вас, Аркадий Пантелемоныч!
- Как жизнь?
- Все отлично, живу, радуюсь жизни. Как Вы?
- Да все так же. Дураковка. Я тебе по делу звоню.
- Да, я слушаю.
- Тебе надо в часть приехать.
- Зачем?
- Ну, это, ВКБО сдать.
- В смысле сдать?
- Ну, ты же его не сдал, а комплект инвентарный. За него вещевик ответственность несет.
- А вещевик не несет ответственности за то, что мне до сих пор не выдали имущества на 50 тысяч? Пусть мне позвонит.
- Вещевик говорит, что не может до тебя дозвониться.
- Я номер не менял. Дай ему номер. Жду звонка.
- Слушай, ВоенПенс. Будь человеком, приедь в часть и сдай инвентарный комплект ВКБО.
- Слушай, Пантелемоныч, а как вы меня уволили не рассчитав? Я же с отпуска не успел выйти, одним днем приказ подписали.
- Ну не начинай, ты же знаешь, как у нас все происходит.
- А почему у нас все так происходит? Почему я за тобой бегал год назад, просил помочь получить хоть какое имущество, а ты меня посылал?
- Ты должен приехать в часть и сдать форму.
- Прости, Пантелеймоныч, но я уже ничего армии не должен. Посмотри мой приказ об увольнении. Меня же не могли уволить, если бы я не рассчитался с армией?
Собственно, на этом разговор и был окончен. Чем закончилась вся история? За меня написали и подписали рапорт, в котором я все еще являюсь офицером штаба части и прошу тыловика округа разрешить мне на пенсию взять комплект ВКБО в замен не выданной формы. Рапорт естественно подписали. Бегал сам тыловик. Форму списали.
Вот так, уже на пенсии я снова официально послужил в армии один день. Ну, вернее на бумаге.
Собственно, ничего не поменялось. Пока я служил - больше половины всех дел выполнялись фиктивно. Так было, так есть и так будет.