В ночи не удержался Ефим ШИФРИН и написал:
Вот и разверзлась бездна: остались ли у нас ещё ни разу не изнасилованные женщины? Что ни день вываливаются скелеты из шкафов прежде молчавших прелестниц.
Всякая новость теперь - о неукротимой похоти сильной половины. Всё смешалось в доме Еблонских: какая-то плотская вакханалия накрыла страну, в которой еще недавно не было секса...
Бодибилдеры, пожилые историки, оппозиционэры, кто ещё? Я не успеваю за сводками с этой линии фронта.
Главное, чтобы не заставили безгрешных мужчин падать на колени за былые провинности своих собратьев...
На артиста там же, в соцсети накинулись активистки. Вот типичный коммент, что набросали за ночь:
Почему бы прямо не написать, что вы считаете, что такие-то оговаривают такого-то. к чему эти обобщения? Лично у меня, действительно, ощущение что женщин не подвергавшихся насилию практически нет. И я с этим много лет живу. И конечно, приветствую, что стали об этом говорить. Потому что носить в себе и чувствовать себя грязной, бесправной, виноватой, фиговая история".
И Ефим Залманович вынужден был детализировать:
Понятно, что никакой связи тут нет, но дамы, которые сегодня с обязательным уведомлением отписались от меня или, наоборот, стали на меня покрикивать - страшно взвинчены. Их ажитацию легко заметить и здесь, в комментариях. Я сочувствую всем, кто пережил насилие или неприятный опыт домогательств. Но умение нормально разговаривать спустя годы даётся им с трудом. Некоторые из них до сих пор не могут расщедрить себя на пару фраз, их хватает только на то, чтобы залайкать комментарии, в которых мне выговаривают за неправильные формулировки. На мой взгляд, такой способ дать знать о себе выглядит так же несимпатично, как и истерика.
<...>
Всегда беспокоюсь о своих онемевших читателях. Самому мне молчать не приходится, учитывая, что сами посты пишу именно я, а не нанятая мною литературная афро-американка.
А ещё артист продублировал запись из своего Фейсбука семилетней давности (просто цитата, без пояснений, но славный штрих):
«— Вы знакомы с положениями пункта 288а уголовного кодекса штата Калифорния?
— Не думаю.
— Я зачитаю вам положения пункта 288а уголовного кодекса штата Калифорния:
«Любой человек, участвующий в капуляции рта одного человека с половым органом другого человека, подлежит наказанию через тюремное заключение в тюрьме штата сроком не более пятнадцати лет».
У вас с м-ром Чаплином были такие отношения во время вашей супружеской жизни?
Я сказала ему, что предпочитаю не отвечать. Я ему не сказала, что, вероятно, он и сам чувствует себя идиотом, пытающимся найти преступление в том, что происходило двадцать пять лет назад между смущенной девочкой-женой и мужчиной, которого она еще не успела начать понимать.
Через сорок пять минут следователи поблагодарили меня и оставили в покое. Очевидно, я не помогла Чарли; он не вернулся в Соединенные Штаты. Но я и не причинила ему вреда. Позже до меня дошли слова благодарности Чарли за то, что я, как он выразился, не оказалась «мстительной и бессердечной».
Это послание меня, как ни странно, взволновало».
(Лита Грей Чаплин. «Моя жизнь с Чаплином»)
