- Алло.
- Здравствуйте, Никита.
- Здравствуйте, Николай. Я ждал ваш звонок.
- Извините, Никита, но мои мама и папа, которые сейчас рядом со мной, утверждают, что все Рощины умерли.
- У вас есть документы, подтверждающие, что они действительно умерли, или ваши утверждения основаны на чьих-то рассказах. Вы можете точно сказать, где и когда настигла смерть каждого члена семьи Рощиных?
- Нет, но после освобождения из заключения они так и не вернулись домой.
- Смею заметить, что это не повод, считать, что они умерли в ГУЛАГе. В отличие от вас, я могу точно сказать где, когда и при каких обстоятельствах Тимофей Николаевич и Лидия Михайловна покинули сей мир. Смею так же утверждать, что их дочь, Анна, жива.
Она моя бабушка.
- Ваше утверждение, что Анна жива не верно. Екатерина Ивановна искала её, хотела оформить опекунство, но ей выдали справку, что она погибла во время эвакуации детского дома. Эта справка сейчас лежит перед нами.
- Давайте посмотрим на эту справку вместе. Прочитайте, что написано в справке, пожалуйста, - попросил Никита. Николай прочитал. – Очень хорошо. А теперь посчитаем. В справке говориться, что в 1942 году девочке было шесть лет. Так?
- Да.
- Простая арифметика, отнимите от 1942 года шесть лет, получится, что ребёнок родился в 1936 году. Тимофея Николаевича арестовали в 1938 году, и Анне было всего шесть месяцев. Так сколько было Анне в 1942 году лет?
- Я не понял, нам что, справку выдали с ошибкой?
- Про девочку четырёх лет и мальчика шести лет, которые гуляли на месте предстоящего танкового сражения, вам рассказывала Ирма. И про кулон, который снял её прадед с шеи девочки, она вам говорила, и фотографии в кулоне она вам показала. Но вы не верите. Жаль.
- Бред какой-то. Как дети могли там оказаться?
- У вас же справка, а в справке написано, во время эвакуации. Их сняли с поезда, когда поезд попал под огонь фашистских бомбардировщиков.
- А что было с детьми потом? – спросил Николай.
- Их вывезли с линии фронта и сдали в детский дом, причём фамилию мальчика немного изменили, а фамилию девочки придумали новую, потому, что она не знала свою фамилию.
- Так, когда и где умер Тимофей Николаевич? - задал вопрос мужчина, видимо, отец Николая.
- Тимофей Николаевич погиб под Смоленском в 1943 году. Он воевал в составе штрафного батальона. Лидия Михайловна узнала о его гибели только в 1946 году при своём освобождении. Она отбывала срок без права переписки и поэтому ничего не знала ни о дочери, ни о муже. Впоследствии она вышла замуж, родила сына, умерла в 1951году.
- Откуда у вас такие данные?
- Из архивов.
- Бред какой-то, снова услышал Никита.
- Для вас может быть и бред, а для меня нет, - перебил его Никита – Поговорим о вашей прабабушке, Екатерине Ивановне Осиповой. О том, что её брат Роман Иванович погиб, она знала, ведь так?
- Да, знала.
- О том, что у него остались маленькие дети она тоже знала. Это же она помогала в течение года их матери. Что произошло потом?
- Потом ей запретил посылать деньги её муж.
- Причина?
- Не знаю.
- Сколько было детей у Екатерины?
- Один сын.
- Во время войны все жили в Москве?
- Да, и потом тоже.
- Ваша прабабушка так искала Анну, а о своих родных племянниках даже не интересовалась. Почему?
- Они дети врага народа.
- Но у Анны и мама, и папа были в ГУЛАГе. Почему Екатерина Ивановна хотела помочь ей, а не детям Романа, они родные племянники всё-таки?
- Роман насильник и убийца.
- Откуда такие сведения? Вы смотрели его дело?
- Нет.
- Так почему вы бросаетесь такими обвинениями. Я признаюсь, что тоже пока не видел его дело, но надеюсь, что посмотрю в ближайшее время и узнаю имя доносчика. Могу лишь утверждать, что его дело не уголовное.
- А дела Тимофея и Лидии вы смотрели?
- Нет.
- Почему?
- Вы не очень-то внимательно слушаете.
- Что мы пропустили?
- Информацию, что Анна все эти годы жила под придуманной фамилией.
- И что, на старости лет она будет менять её? – на другом конце засмеялись. Никита нахмурился, сдержался от резкого ответа, увёл разговор в другую сторону.
- Как звали мужа Екатерины Ивановны?
- Степанов Аркадий Павлович.
- Кем он работал? Был ли на фронте?
- На фронте не был. В тылу всякой мрази хватало. Он был сотрудником НКВД.
- У вас только одна фотография Тимофея Николаевича и Лидии Михайловны, или есть другие?
- Одна.
- Жаль. Я думал, что-то узнаю от вас новое.
- На основе, каких источников вы составили родословную Осиповых? – москвичи решили проявить осторожность.
- Я её не составлял, она была составлена Лидией Михайловной. Мне осталось добавить лишь некоторые штрихи, и картинка проявилась полностью, - сказал Никита и подмигнул молчавшей до сих пор Ольге.
- Какие штрихи?
- Например, замеченную ошибку возраста погибшей девочки. Расскажите, что вы знаете о прошлом своей прабабушки и своего прадедушки.
Повисла тишина. Москвичи явно не хотели что-то говорить. Но потом женщина сказала, что после войны к ним приезжал Лисицин Роман Ильич. Он долго рассказывал о жизни Лидии Михайловны, и именно он передал им эту фотографию.
- Подлец, - вырвалось у Никиты закипевшее возмущение.
- Что вы, он очень хороший человек. Они быстро подружились и с бабушкой и с дедушкой, – сказала женщина
- Ясно, что он оставил вам ещё, кроме фотографии, - спросил Никита, - чернильницу?
- Откуда вы знаете?
- Предположил. Кому вы её подарили, или отдали? Её нет в вашем доме.
- Она стоит у меня в кабинете, - ответил Николай.
- Я ответил на все ваши вопросы?
- Да, спасибо.
- До свидания, - сказал Никита и отключил телефон.
- Почему ты закончил разговор? – спросила Ольга.
- Мне не понравилось, как они со мной разговаривали. Они хотели что-то выведать у меня. Ты же слышала, как они подсмеивались, говорили, что всё, что я им рассказал, бред какой-то. Это тактика ведения разговора. Ладно, не будем больше говорить об этом. Придёт время, и мы всё выясним. Смотри, Настя уснула. Давай-ка я унесу её в кроватку.
Никита поднял Настю на руки, и отнёс в её комнату, уложил на кровать, постоял, подождал, пока Ольга разденет ребёнка и укроет одеялом. Вместе они вышли из комнаты.
- Уже поздно. Завтра на работу. Тебе надо отдохнуть. Я думал, что разговор с родственниками будет приятным для нас. Извини, что вышло совсем не так, как ожидал.
- Зачем ты извиняешься? Мне было интересно узнать, что Екатерина Ивановна отказалась помогать племянникам только под нажимом мужа.
- Оль, мы немного помолчим о них, а потом передадим всю информацию Валерию Павловичу. Это его работа. Пусть узнает всё о своей двоюродной бабке.
- Что ты передашь Валерию Павловичу? – спросила Ольга.
- Я записал весь разговор, перепишу его на флешку и отдам. Ладно, всё, проводи меня и закрой дверь, - попросил Никита.
Оглавление