Текст, который вы сейчас прочитаете, как и многие другие статьи на +1, выложил на сайт наш коллега Денис Гончаров. У Дениса генетическое заболевание, из-за которого он не может самостоятельно передвигаться. Но он живет и работает, наперекор болезни. О том, с чем приходится сталкиваться в повседневной жизни в России человеку с ограниченными возможностями здоровья и как он преодолевает трудности, Денис начал рассказывать в своей колонке в октябре. Сегодня мы публикуем его вторую историю.
«Как же мне добраться до Санкт-Петербурга целым, да еще и со всем своим скарбом?» — думал я летом прошлого года, когда решил переехать жить в северную столицу из Курска. Трезво оценив уровень «комфорта» в поездах и самолетах для людей с инвалидностью, я понял, что вариант у меня один — ехать на автомобиле. В этом мне помог очень хороший друг, который живет в Нижнем Новгороде. Мы познакомились благодаря интернету.
Он, не раздумывая, согласился приехать на машине в Курск и отвезти меня в Петербург. И через 15 часов друг уже выгружал мои вещи в питерской квартире, которую мы с братом сняли недалеко от станции метро «Парнас». На этой станции есть специальный лифт для пассажиров с ограниченными возможностями здоровья, который доставлял меня на платформу и поднимал наверх за пару десятков секунд. После курских тротуаров и пандусов поездки в метро стали почти сказкой!
Но в марте 2019 года лифт в метро сломался. Я терпеливо ждал, пока его починят, но прошло больше месяца, а лифт так и не заработал. Все это время попасть в метро и выбраться из него мне помогали ребята из специальной службы Петербургского метрополитена. Помощники, которые сопровождают пассажиров с ограниченными возможностями до вагона, либо спускали меня по ступенькам довольно крутой лестницы в коляске, либо поднимали на руки и несли до платформы, либо катили по аппарелям, которые предназначены для сумок на колесиках и детских колясок. Между прочим, работникам метрополитена грозил штраф всякий раз, когда они спускали меня по аппарелям, потому что это запрещено.
Для меня все эти три варианта были сопряжены с огромным риском: оступись любой из моих помощников на лестнице — и я тут же отправлюсь к праотцам.
Такая перспектива меня совсем не радовала, и через два месяца простоя лифта я стал звонить в метрополитен, чтобы узнать, когда же, наконец, его отремонтируют. Ответы были разными: «Починим в следующем месяце», «Финансирования нет, но вы держитесь», «Запчасти иностранные, а из-за санкций у нас проблемы с закупкой комплектующих». Одним словом, отговорки. А ведь проблема была серьезная: если меня с моими 35 кг веса еще можно нести по ступенькам, то как быть людям с инвалидностью, которые весят 80 кг и больше?
Я понял, что придется вступать в борьбу за свое право на доступную среду.
Начал я с того, что написал большой пост в социальных сетях, чтобы привлечь внимание к проблеме. С этим постом обратился в паблики, связанные с городом, и в местные СМИ. Городские паблики, которые буквально в каждом посте поют о своей любви к Петербургу, писать о проблеме бесплатно отказались. Зато тему подхватили на интернет-телеканале Piter.tv и сделали репортаж, в котором я рассказал о том, как дольше полугода остаюсь без нормального доступа к метро.
Только после этого метрополитен зашевелился и вывесил объявление, что лифт начали ремонтировать. Указали, как положено, сроки: «Начало работ — 12 ноября, окончание — 13 декабря». И деньги внезапно нашлись, и санкции закончились, и лифт можно отремонтировать всего за месяц? Или все-таки наше главное оружие против несправедливости и безразличия — огласка?
Но я понимал, что объявление вовсе не гарантирует, что лифт запустят в срок. Поэтому продолжил свою «информационную битву» с метрополитеном. К «Парнасу» вновь приехали журналисты — на этот раз телеканала «Санкт-Петербург». Я вышел в эфир их новостной передачи и еще раз нанес удар по безразличию метрополитена к своим пассажирам. Теперь, надеюсь, 13 декабря я смогу спуститься с «Парнаса» на лифте.
И продолжу прилагать все усилия, чтобы сделать любимый город чуточку лучше. Буду добиваться улучшения условий для людей с инвалидностью во всем питерском метро. Станция за станцией.