Валерка привык быть один. С самого детства. Одиночество ему не нравилось и пугало только, когда он был совсем ещё маленьким. А потом он привык и даже стал находить в этом своеобразное удовольствие. Валера один, даже если он среди людей. Даже если он говорит с кем-то, слушает человека и смотрит ему в глаза. Это каким-то образом считывается людьми на подсознательном уровне. С ним становится немного не по себе, прямо скажем, - нехорошо становится и неуютно. Хочется зябко повести плечами и немедленно удалиться. И может быть даже извиниться за беспокойство.
Отец Валерки пил, а мать, по мере своих сил, с этим боролась. Младшая сестрёнка Райка беспрерывно ныла и канючила, по крайней мере, так запомнилось Валере, на попечении которого её часто оставляла, работающая, как ломовая лошадь, мать. Даже, когда Райке было уже 20 лет, а ему, соответственно, 26, глядя на неё, Валерка каждый раз ждал, что вот сейчас она откроет рот и заведёт свою любимую пластинку: "А-а-а, ма-ма-а-а-а..."
Отец не просто пил, он просыпался каждый раз, вне зависимости от места и времени суток, с одной-единственной мыслью: немедленно выпить! Если выпивки или денег не находилось, отец начинал крушить всё вокруг. Однажды он запустил в мать пустой бутылкой с такой силой, что раскроил ей голову. Увидев её, истекающую кровью, Райка побелела, как полотно, и замолчала на несколько месяцев. Могла только негромко и жалобно поскуливать, как голодный и больной щенок. Отец спивался на глазах и когда Валерка вошёл в подростковый возраст, это был практически развалившийся физически и психически человек, с трясущимися руками и варикозными багровыми ногами, к которым он верёвкой привязывал башмаки, так как никакая обувь не вмещала его распухшие до чудовищных размеров ступни.
Валерка ненавидел его люто всю свою жизнь и вполне сознательно желал ему смерти. Что касается матери, то её Валерка просто тихо презирал. За слабость, за брошенную к опухшим ногам пропащего человека достоинство и гордость, за своё изломанное и уродливое детство. За боль, за стыд, за свои опущенные глаза, за стиснутые зубы и кулаки, когда кто-то из пацанов кричал ему во дворе:
- Гля, Валерон, пахан твой чешет..., во даёт..., ну умора...
Когда отец умер в 46 лет, измученная, рано постаревшая мать, которая к этому времени уже только весьма отдалённо напоминала женщину, вызвала шестнадцатилетнего сына на разговор. Ни до, ни после этого, между ними не было такого безоговорочного единодушия и взаимопонимания.
Валерка с матерью не стали хоронить отца. Они сдали его в анатомичку медицинского института. На полученные деньги Валерка купил велик, о котором всю жизнь мечтал, и даже ещё осталось немного. И ни разу в жизни Валерий не пожалел о том, что тогда они поступили так. Никогда.
Сегодня Валерий Михайлович - убеждённый трезвенник. Это его сознательный и добровольный выбор. С самого детства он не переносит ни вида, ни запаха спиртного. Ни в каком виде и качестве. Ни одно мероприятие, по его мнению, не может служить оправданием для присутствия спиртного на столе. Он в этом убеждён.
Валерий Михйлович женат, он отец двоих детей, но, к сожалению, оказалось, что абсолютная трезвость не является залогом счастливой жизни или безупречного отцовства. Валерий Михайлович расчётлив, холоден и отстранён. Везде. И в собственной семье тоже. Он не любит разговоров, лишних вопросов, детского плача, (равно, как и смеха), шума, гостей, суеты и беспорядка. А больше всего он не любит, чтобы его беспокоили. Идеальный мир Валерия Михайловича - чистота, приглушённый свет, негромко работающий телевизор и, обязательно, тишина... Во всём его большом и красивом доме.
Дети выросли и разъехались, жена давно смирилась, они не слишком часто пересекаются, благо места хватает. И он вполне доволен своей жизнью. А его младшая сестра Раиса очень рано пошла по проторенной их отцом тропинке. И не просто пошла, а почти побежала. Окончательно спившись и, практически, потеряв человеческий облик, она умерла в приюте для бездомных. Но Валерий Михайлович не любит говорить об этом. Он вообще не слишком разговорчив... Он любит своё одиночество, он сроднился с ним, и желает только одного, чтобы его оставили в покое...
Берегите своих родных!
Медицинский психолог Лариса Порхун