Автор продолжает серию публикаций, призванных осветить некоторые проблемы, связанные с изучением феномена контроля сознания. В своей последней статье «Психологические особенности членов деструктивных и террористических (радикальных) групп» автор пришел к выводу, что для более глубокого научного анализа феномена контроля сознания стоит отнести к деятельности «деструктивных организаций» деятельность групп (мини-социумов), таких как антиглобалисты, радикальные экологи, террористы, криминальные, некоторые «игровые» сообщества и т.п. Изучение в совокупности деятельности данных субъектов поможет лучше понять природу радикализма и роста случаев применения техник реформирования мышления (контроля сознания) в обществе.
Деятельность «деструктивных организаций» в российском обществе и мире еще не была достаточно рассмотрена в контексте радикальных асоциальных групп. Радикализм во всех его формах и проявлениях, по своим масштабам и интенсивности, по своей жестокости превратился сегодня в одну из самых острых и злободневных проблем государств. Одним из аспектов этой проблемы, по мнению автора, несомненно, являются «заблуждения» о роли молодежных групп в дестабилизации современного общества. Автор попытается рассмотреть деятельность радикальных представителей «молодежных субкультур» с разных сторон.
В отличие от мнения большинства обывателей современные субкультуры, особенно молодежные, не являются аморфными и однообразными явлениями, а представляют собой активные «очаги сопротивления» современному обществу с его христианской моралью. Эти «очаги» представляют собой различные варианты ухода от «навязываемой» культуры и сами по себе не являются ни плохими, ни хорошими. Особенность субкультур в России выражается в том, что большинство «молодежных субкультур», а в этой статье мы рассматриваем в основном их, являются заимствованными из западной культуры и не являются историческими сложившимся «очагами» субкультуры в нашей стране.
Парадокс заключается в том, что чем больше мы пытаемся противиться глобализации, тем сильнее мы в нее интегрируемся. Мы не хотим стать частью глобального и потерять свои «национальные» преимущества, но при этом мы активно внедряем в обществе интернациональную (международную) систему субкультур, чье истинное призвание («в чистом виде») — служить противовесом или замедлителем глобализации . «Скинхеды», «неонацисты», «красные», «анархисты», «антиглобалисты», «рэпперы» — все они представители европейской и американской культуры.
Добро пожаловать в глобализацию.
Основные заблуждения, связанные с движением скинхэд-культуры
1. Скинхэды — это движение, связанное с фашизмом
2. Скинхэды — это преступная группировка и никакой культуры там нет
3. Проблему «буйства» скинхэдов — невозможно решить
В нашей статье мы постараемся опровергнуть эти заблуждения, для чего рассмотрим современное состояние «очагов радикализма».
Доказательства того, что между классическим движением скинхедов и мимикрирующих под него «неофашистскими» организациями нет ничего общего, кроме некоторых элементов одежды мы рассмотрим ниже («три волны классической скинхед-культуры»).
История: три волны классической скинхед-культуры
Первая волна. «Скинхэды» конца 60-х были можно сказать продуктом «мод-культуры», которые культивировалась под воздействием ямайской культуры, приносимой в Англию иммигрантами рудебойями. «Моды» (mods) — это не только музыкальный стиль, но и определенное движение, образ жизни и манера одеваться, порожденная подростковой культурой Британии начала 60-х. Вечное противостояние «отцов и детей» с новой силой разгорелось с появлением рок-н-ролла (середина 50-х): молодое поколение американцев, получившее свою музыку, своих кумиров и свою моду, начало осознавать себя как самостоятельный социальный класс, не желавший подчиняться законам взрослых и пытавшийся самоопределиться. Английские подростки тоже захотели слушать и играть ритм-энд-блюз и рок-н-ролл. Так зародилось движение «мод»[2]. На Британии 60-х с особой силой сказались экономические проблемы, вызванные послевоенным кризисом: надо было восстанавливать индустрию и разрушенные дома, требовались рабочие и служащие, а людей не хватало. Это вынуждало подростков даже из хороших семей устраиваться на работу, чаще в конторы и офисы (клерки, машинистки и т.д.). Получая свой личный доход, юные британцы могли приобретать наряды, тратить деньги на развлечения. «Моды» одевались очень опрятно, носили обычно дорогие костюмы. «Fred Perry», «Ben Sherman», «Lonsdale» — эти фирмы выпускающие одежду и обувь были очень популярны среди «модов».
Так появилась мода в стиле «Тэдди Бойз» («Teddy Boys»). У юношей — вельветовые пиджаки с большими лацканами, кожаные галстуки, брюки с отворотами, ботинки на рифленой подошве; прически — удлиненные, с волосами, обрамляющими лицо. Девушки носили юбки выше колен и свитера с глухими горловинами, длинные и прямые волосы. Из-за этого увлечения (хорошо одеваться) они часто обвинялись в предательстве рабочего класса, т.к. «моды» мало чем отличались в социальном плане от молодежи рабочего класса, но тратили на одежду большое количество денег. Девушки-«моды» любили тяжелую косметику и неяркую помаду. Любимым развлечением стали скутеры (мотороллеры). При этом «Тэдди Бойз» отличались весьма хулиганским нравом: они сколачивали банды, разъезжавшие на мотороллерах, дрались с рокерами (водивших мотоциклы), громили витрины магазинов и пугали обывателей.