Всё так же шёл дождь. Его холодные капли падали на камни, которыми много лет назад отец Николая выложил большую площадку перед входом в кузницу. Марина лежала на этих камнях рядом с убитым сыном, обняв его одной рукой. Капли дождя падали на веки и стекали куда-то вниз, смешиваясь со слезами. Были ли они? Слёзы? Сколько она лежит здесь? Марина не помнила, не чувствовала ничего. Правая рука онемела от холода и боли - твёрдые камни впивались в плечо, но ей было всё равно.
Гриша... Мальчик... Этим утром он выходил из дома, прежде поцеловав её в щёку, а она провела рукой по его белокурым кудрям (и откуда такая красота у парня?) и дала ему в руки корзинку с обедом. А потом... Дождь... Перед глазами проплывали события этого дня и ей не верилось, что это всё случилось сегодня. Она вспоминала, как шла сюда. Дождь. Всадники. Полуоткрытая дверь кузницы и Гриша, её Гриша перед входом... Увидев его распластанное тело, она перевернула его на спину, вслушиваясь, желая услышать удары сердца, но напрасно. Она встала, побежала в кузницу, зовя мужа, но никто не откликнулся, Николая не было. В очаге догорал огонь, на столе лежали инструменты, которые не успели убрать на место. Марина вышла из кузницы и опустилась на колени рядом с телом сына, легла и закрыла глаза. Время перестало течь. Остановилось. Всё потеряло значение и перестало существовать. В один миг. Так бывает? А она думала, что больнее не может быть, чем было тогда, в юности. Может. Её сын. Он лежит здесь, рядом. Никогда больше не встанет, не скажет "мама", никогда... Марина всхлипнула и тело её невольно согнулось, как в судороге, а из груди вырвался протяжный вой: - За что???
Разум отказывался понимать произошедшее. Она не знала, сколько прошло времени, сколько она лежит здесь, когда до затуманенного сознания дошла мысль: "Маша..." - Всё вдруг сложилось в одно мгновение, стало единым: всадники, на первой лошади - двое и тот первый будто лежал, прислонившись к её шее. Марина теперь была уверена, что это был её муж. Когда она сидела там, в своём укрытии, они прошли мимо неё и отправились в деревню. В их дом... Ну конечно! Зачем? Что понадобилось им здесь? Что нужно от их семьи? Не было ответов на эти вопросы, но совершенно ясно она поняла, что им угрожает опасность. Маша... Маша одна дома...
Марина поднялась, приподняла насквозь промокший подол платья и побежала. Откуда столько сил взялось вдруг в её теле, которое, казалось, только что умерло там, когда она лежала рядом с телом убитого сына, она не знала. Какая-то неведомая сила заставляла её бежать, спешить.
В голове проносились страшные картины одна за другой: вот ей снова четырнадцать. Она влюблена. Вот Алексей, приглашающий её прогуляться. Смеётся с ней, держит за руку. Вот старый сарай, скользнувшие тени трёх мужчин. Вот она кричит и вырывается, а потом... Её осквернённое тело и навсегда изуродованная душа, которая больше не в силах оказалась доверять и любить. Её муж... Коля... Он любил её всегда, она знала... Но чувствовала себя, как пустая торба: она очень хотела, но не могла ничего дать в ответ на его любовь. И вот теперь... Машка.
- Господи, не допусти! - запыхавшись, шептала она и бежала, бежала, не обращая внимания на грязь, летящую во все стороны из под её ног.
Начало
Продолжение
Любовь Милютина