Глава 7.
Открыли все загадки?
Время жизни шло, а я всё не мог решить для себя вопрос – как отнестись к факту половой диспропорции? Женщин на свете крайне много – а я один. Один! Как вести себя в этой ситуации? Какие числовые соотношения могли бы вести к всеобщему счастью? И чтобы при этом ещё оставалась свобода дальнейшего выбора. А выбор, по моим убеждениям, должен быть всегда— он постфактум обеспечит любые компенсаторные мотивы согласия с судьбой. От тоски нерешённости вопроса пробовал пуститься в эксперименты. Есть же, думал я, культуры многожёнства и содержания наложниц – почему бы не начать встречаться с несколькими пассиями единовременно? Это могло бы гармонизировать отношения с миром. Куда без гармонии? Эксперимент длился недолго – поначалу меня всё устраивало, на всех хватало времени и хотений (главное, нужно было правильно выстроить график встреч); но, затем, в момент свиданий, неожиданно стал чувствовать физиологическое ощущение лёгкой тошноты. Всё как-то шло через силу.
Проанализировал ситуацию – дурнота возникала при встрече с теми, кто нравились меньше. Кто нравились меньше! Значит, это иллюзия, что все женщины желанны – о, ужас, даже свои! Великая иллюзия желающих желать. Может, нравятся-то все, но не обязательно всех желать. Всех желать не обязательно! Эта мысль стала для меня открытием. Чистая математика – не сразу, но реально – помогла уменьшить количество женщин, которых я вожделел. В момент перехода на рельсы новой философии, я не морочил себе голову вопросами вроде «Не уменьшился ли во мне запас тестостерона? Не вошёл ли я в возрастную фазу, где перестаёшь замечать многих женщин не потому, что они кажутся тебе менее привлекательными, чем остальные; а просто перестаёшь их замечать – и всё?»
Я перестаю их замечать не потому, что стало меньше сил или того самого тестостерона – оправдывал я сам себя – просто, наверное, они открыли мне все загадки, которые могли носить в себе. Фактор множественности сменился пониманием квинтэссенции их природы. Просто стало ясно, что все они сделаны из одного теста. И нечего мудрить. С этим выводом под откос для меня полетел сам смысл поиска множественности. Значило ли понятое, что я могу быть увлечён всего лишь одной женщиной? Этот вопрос стал мучить меня, когда я ещё продолжал ловить волны симпатий во взглядах своих. Ещё ловил – может быть, намеренно. Пока казалось странным быть привязанным к одному сердцу и одному телу в то время, когда вокруг тебя ходят миллионы женщин. Были ли все эти мысли предчувствием больших жизненных перемен или в голове неслышно продолжала работать любовная математика смыслов – не знаю. Но в какой-то момент я вдруг почувствовал новое измерение себя.
Следующая глава.
Предыдущая глава.
ОГЛАВЛЕНИЕ.