Мы познакомились с Пашей в апреле 2007 года, а в ноябре поехали в совместный отпуск. Жили мы в далёком северном городе N, поэтому добраться до Большой Земли могли только на самолёте 😁
Павел жаждал уехать в Санкт-Петербург. Лично сам ничего для этого не делал, а вот его мама приобрела под Питером квартиру и делала там ремонт. Купила она квартиру для себя. Но поскольку Паша хотел туда переехать, было решено, что пока она дорабатывает, мы можем там пожить.
Город-мечта, куда стремится уехать каждый третий северянин 😁
Я не знала, куда хочу переехать - у меня не было города-мечты, поэтому я разделила её с тем, кого любила.
А для начала Паша показал мне этот город, пока мы были в отпуске (во время которого позволял себе оставлять меня одну в снимаемой комнате коммунальной квартиры и ехать гулять с девушкой, которая была по уши влюблена в него, и с которой он дружил 🙃 А я относилась с большим пониманием, ведь я такая понимающая! 🤪).
Пока мы жили в городе N, я ещё более-менее принадлежала себе и разуму, поскольку здесь жили мои родители, друзья и всё моё прошлое. Было за что зацепиться.
Как только мы уехали в Питер, все планки рухнули, а границы дозволенности смазались.
Паша прекрасно понимал, что теперь мне идти некуда, я слишком далеко от дома, а людей, мне близких, в Питере не было. Конечно, туда переехали многие мои одноклассники и старые товарищи, но они были далеко - раз, мы не общались тесно - два.
К нам приезжали друзья с других городов, мы знакомились с новыми людьми, но, по факту, были наедине. И в условиях, когда вы предоставлены только друг другу, вскрываются все гнойники, плохие качества вылезают наружу. А вторая реальность (моя или его?) прогрессировала.
Давайте разобьём наши проблемы на две: психологическое насилие и физическое.
С физическим всё понятно. А вот психологическое как раз строилось на том, что я писала ранее: он - из тех людей, которые врут и верят в то, что они врут.
Как это работало? Он придумывал какую-то ситуацию, по пьяной лавочке убеждал подсознательно сам себя в этой выдуманной версии, и тем самым ему становилось проще убедить всех окружающих в том, что он говорит. Когда сам свято веришь в то, что говоришь, оно странным образом действительно становится истиной.
Пашу жутко оскорбляло, что ему не верят, он оставлял виноватым собеседника.
Я была виновата всегда. Его нельзя было переубедить. И он выстраивал диалог в такой манере, что я заведомо была поставлена в ситуацию, удобную ему, и, в силу своей неопытности в таких разговорах, я не могла возразить 🤦♀
Сейчас я бы за словом в карман не полезла. А тогда мне даже казалось, что я действительно не права, ведь даю в своих словах так мало конкретики, которую он требовал. Его слова были убедительны и неоспоримы. Он ЖИЛ своей ролью до конца действия, акта пьесы! Он - артист! И уходил под занавес абсолютным главным героем! Он был очень убедительным. И давил меня своим напускным величием, считая себя умнее меня и убеждая в том меня (я верила).
Чувствовала я себя одинокой, и при этом надеялась, что это временно. Держась за несуществующего человека...