Накануне первых многообещающих свиданий Аделаиде всегда снился страшный сон, в котором она, как Винни Пух, оказывалась в гостеприимной норе стройного интеллигентного одинокого Зайки. В этом кошмаре она лопала эклеры с заварным кремом и запивала их горячим шоколадом, а когда куранты били полночь, Зайка открывал деревянную дверцу и элегантно ускользал в прекрасное далеко. Аделаида же застревала в округлом проеме и оставалась пройденным этапом чужой удивительной жизни.
Волшебным образом главным мерилом статности для Аделаиды стали не старые потертые джинсы, а та заветная дверца, которой и в реальности-то не существовало. Формально никто не мог упрекнуть ее в бездействии. В своем марафоне стройности она купила гантели всех цветов радуги, завела собаку для длительных прогулок и планировщик для строки «Занятия спортом». Однажды Аделаиде даже удалось проснуться за два часа до будильника, чтобы совершить пробежку… Но тут ее придавило котиком.
Мама старалась изо всех сил, чтобы поддержать свою старшенькую. В ход шли проверенные столетним опытом заклятия: «Тот самый полюбит тебя за красивую душу» и «Рожденный падать, порхать не может». Алиса послушно кивала в ответ, а внутренне стремилась к легкости движения, уверенности взгляда и гибкости тела. Да и восхищение не только со стороны дистрофичных Заек, но и гордых Львов было бы не лишним. Другими словами, Аделаиде во чтобы то ни стало хотелось вырваться из захолустной норки и попробовать ту удивительную жизнь, в которую не пускала та самая дверца.
И вот страшный сон напомнил о себе вновь. Аделаиду пригласили на свидание. И всё закрутилось бы по стандартной бесперспективной схеме, но свидание совпало с запланированной треней. Впервые в жизни выбор был прост.
В назначенный день и час без удручающих сомнений Аделаида завязала шнурки на старых кроссах, вскинула спортивную сумку на плечо и отправилась навстречу своей будущей удивительной жизни, оставляя позади крошечные норки и их интеллигентных обитателей.