Я давно думаю, нужна ли она? И даже речь не о том, что снимаются пасквили типа «На Париж», снимается лютый бред в смысле «Т-34». Подобный бред и в Голливуде снимается (например, фильм «Ярость»), все легко прикрывается тем, что делается же художественное произведение, там не должно быть абсолютной документальной правды. Но сдается мне, что все это от лукавого.
Вот давайте вспомним фильмы нашего прекрасного режиссера Эльдара Рязанова. Практически все, что снималось во времена СССР, претендует на звание шедевров: «Ирония судьбы или с легким паром», «Служебный роман», «Вокзал для двоих», «Жестокий романс». Помимо замечательных диалогов, мгновенно разлетавшихся на цитаты, во всех фильмах была прекрасная музыка, песни, вон, поют до сих пор. И – свобода. И что? – «Старые клячи» и «Небеса обетованные». Социально, на потребу, скучно, неудачно. Хотя актерский состав был по-прежнему звездным.
А Гайдай? Я, конечно, не великая поклонница его комедий, но считаю, что «Бриллиантовая рука» - замечательная легкая комедия, «Кавказская пленница» тоже вполне себе хорош. Но СССР не стало, и - «На Дерибасовской хорошая погода, на Брайтон-бич опять идут дожди». Даже тогда это воспринималось чем-то невероятно глупым и адским, какая-то махровая самодеятельность. Марк Захаров просто снял «Убить дракона» - весьма и весьма политический фильм (но, кстати, неплохой, хоть и не дотягивает до Мюнхгаузена), и замолчал как кинорежиссер.
Вот я и задумалась: что такое худсоветы, знаю. Часто там сидели люди, которые ни черта не смыслили в искусстве, цензура постоянно охотилась за какими-то кажущимися пасквилями на прекрасный советский строй, но получались же шедевры! И шуточки, в том числе и политические - на грани фола – проходили… Может, потому что у режиссеров изначально стояла задача снять так, чтоб не могли не пропустить, чтоб было настолько вкусно, что даже с цензурными правками все равно бы не положили на полку? А потом – свобода… А, сляпаю, как нравится, все равно схавают, я ж гений. Не схавали. Ничего, кроме удивления и разочарования, зритель не получал. Может, уже надо что-то типа цензуры? – Не знаю.
Кстати, в самодеятельности тоже иногда думаю, что давно пора, особенно в детской. Рассказываю реальную байку. Поехали мы как-то выступать на конкурс в Санкт-Петербург в одноименный зал одноименного отеля (там часто проводят хореографические конкурсы). Так как у меня дети были в старшей номинации, то последний номер был ближе к концу, с гримерками, как всегда, напряжёнка, переодевались за сценой (закулисье там огромное). И вот мои почти все ушли вниз, мы с самым старшим участником (зовут Паша) проверяли, все ли забрали, не оставили ли за собой бардак, а на сцене шел последний номер. Там изображали каких-то камлающих шаманов, в общем: современная хореография. И вместе с ребятами на сцене в сольной партии выступала руководительница коллектива. Кстати, это не приветствуется: понятно, что руководитель танцует, пусть руководитель сможет показать, чему дети обучены. И эта руководительница, пока ждала выхода на сцену, ходила по закулисью в плаще-накидке, нервничала, курила на черной лестнице. Я обратила внимание, что у нее был не просто грим, а даже боди-арт… Так вот: выступают они, Пашка из-за кулис смотрит на их танец и вдруг говорит: «А она у них голая…» Я мимолетом взгляд на сцену кинула – вроде нет, говорю: «Да это комбез, Паш». И тут бабушка, которая смотрит за порядком в закулисном пространстве, настоящая такая питерская интеллигентка, поворачивает ко мне аккуратно постриженную голову и говорит с какой-то королевской интонацией: «Мужчина сказал – голая, значит – голая». Я приглядываюсь… Мать честная! Правда – из одежды только боди-арт… А кругом дети (ее же) – лет 13-15… Я только подумала, что хорошо – мои все уже вниз умотали, тут только мы с Пашкой, а он уже большой мальчик. К сожалению, не знаю, что ей сказали на разборе, потому что сама не могла остаться (я вечно своих на конкурсы одна вожу, надо было их в гостиницу везти), но было интересно. Так что: в культуре цензура тоже должна быть))