После десяти дней скитаний по поездам и сборным пунктам, новобранец весеннего призыва 1985 года оказался в городе Ишиме. Часть маленькая, учебка артиллерийская, организм молодой, погода хорошая - понеслась служба....
Как-то в мае, только тронулись на утреннее постороение на плац, а старшина батареи спрашивает:
-А где бубен и барабаны? Не взяли, что-ли! Ты и ты - бегом в казарму за инвентарем.
-Есть!
Пока мы вернулись в казарму на второй этаж, пока нашли палочки для барабана - батарея ушла. Мне достался бубен с колотушкой, а приятелю - барабан с палочками. Прибегаем на плац - полк стоит, зам по строю готовиться к прибытию командира полка, все в ожидании... И тут два "ударника" через оградку, каждый к своему взводу - а куда же еще!
Счас!! Зам по строю глянул на нас, и молча пальцем указал на место под флагштоком.
- Это нам? Под флагшток? С барабанами? А зачем? А кто же вчера барабанил? Так мы же никогда... Ну старшина,гад!
Диву даешся, сколько вопросов пролетает в голове за время одного строевого шага. А в глазах майора читается:
-Да, это вам! Под флагшток! С барабанами! Будете полк ритмовать! А вчерашние - ушли на дембель! Их научили - и вас научим! Не впервой.
Встали на места.
- Полк! Ровняйсь! Смирно!...
Встретили командира. Прошел утренний развод.
-К торжественному маршу! ...
Опа! Это же ведь нам уже надо что-то делать! ... Старшина,гад!
-Сто десять ударов в минуту,- сказал майор Фролов, и встал за плечами. Подробно описывать наш позор я не стану. Скажу только, что в то утро нас ненавидел весь полк, а мы ненавидели старшину... Полк ушел заниматься по распорядку дня, а мы выбивали ритмы до обеда. Упорство "Фрола" и наша природная "одаренность" дали результат очень быстро, и уже на третий день полк печатал плац в едином ритме, как и положено Гвардейцам.
Барабанщики приходили и уходили, а хозяин большого бубна не менялся два года. Менялись мои погоны от рядового до старшины, и менялось число дней до моего дембеля. В день, когда выдали проездное свидетельство, я отбубнил в последний раз, и пошел на КПП.
А бубен остался под флагштоком. И я знал, что будет завтра на утреннем разводе:
-"Кто, я? ...... -Сто десять ударов в минуту!"
Ничего ... научат!
"Маруся"
Позади почти год службы, строевой шаг стал естественным способом передвижения, от многочисленных строевых песен и подачи команд -голос стал командирский, а глотка - луженой. Пришла весна, личный состав осеннего призыва учебного подразделения чеканил шаг и пел громко и четко. Гвардия есть гвардия!
К празднику Победы наша часть подготовила показательные выступления на городском стадионе: грузовики, мотоциклы, взрывпакеты, дым, маскхалаты, рукопашные схватки. Все прошло с оценкой "отлично", горожане получили порцию уверенности от нашего присутствия в городе, часть набирала очки в глазах жителей, а девушки города поняли, что артиллеристам недостает ихнего внимания.
Собрав и построив сборную полка в единую сотню, капитан Хорошев повел нас в часть улицами города. День был хороший, в предвкушении скорого обеда сотня шагала бодро, а наличие девченок по обе стороны улиц придавало лихости и хорошего настроения. И, видимо не только курсантско-сержантскому составу:
-Запе-вай!- скомандовал капитан
Команда была мне и Чекенову. А что запевать-то? Тут же "сборная" полка, а у каждого взвода и батареи своя песня - не все знают слова "чужих" песен. Все это пронеслось в голове за один глубокий вздох.
-"Розпрягайте хлопцi коней, та лягайте спочивать..."- бесконтрольно вырвалось у меня из груди. А дальше в два голоса:
-"А я пiду в сад вишневий, в сад криниченьку попать"
И вот уже сотня луженых глоток под четкий "тышь-тышь-тышь":
-"Маруся раз, два, три - калина, чорнява я дiвчина ..."
Хорошев сбился "с ноги", вороны слетели с тополей, а медленно двигающиеся движение на улице Карла Маркса остановилось полностью.
Такого Ишим еще не слышал! Не хор Пятницкого, конечно - так ведь, и Ишим - не Одесса. Получилось хорошо, я бы сказал - отлично получилось! И подмигивающий раскосый глаз горластого "Чекена", был тому подтверждением. Экспромт удался! Без репетиций и разучиваний русские, украинцы, казахи, немцы из казахстана и Кемерово, корейцы и белорусы, узбеки и Северный Кавказ - спели, как один. Дружно и лихо. Гвардейцы!
Город улыбнулся, улыбались и мы - впереди нас ждал обед, заслуженный и праздничный!
и город Ишим
Мужским населением город Ишим в то время разбалован не был. Призводства обувной, ковровой, кондитерской фабрик, хлебо и молочного комбинатов держались на женщинах города. Мужской силы не хватало. Будучи толковым хозяйственником, зам по тылу с благословения комполка "ссужал" бойцов на хозработы за пределы части - надо было принимать участие в жизни города. Солдатики с пушками в петлицах были желанными помощниками в городе. Предприятия расплачивались с в/ч своими рассчетами, а Ишимцы с "солдатиками" - своимы.
Будучи в увольнении, зайдешь было на базар семечек купить:
-Давай я тебе, касатик, с этого мешка насыплю, - стаканчик с горкой и пригоршней.
В любой очереди всегда кто нибудь слегка подтолкнет в спину:
-Не там стоишь, солдатик. Иди вперед, товарищи пропустите служивого!
Как бы поздно не приходил с сеансу, в кинотеатр всегда пропускали (иногда даже без билета).
А в "Чайной" всегда обсчитывались: возмешь на рубль блинчиков с творогом - а там всегда один лишний оказывался, да еще и пара просто блинов сверху.
Отнекиваться не хотелось - было приятно и как-то, по семейному естественно. Спокойно и размеренно - молодость, наверное.
Вот так было в Ишиме а 1985-1987 годах, хотя уверен, что не только в нем одном. А потом - потом были другие города, и совсем другие истории ...