Среди незаслуженно забытой и недооцененной техники особое место занимает танк КВ-2, не попадавший в момент создания ни в одну классификационную нишу. Он вселял ужас на поле боя, но оказался бессилен перед натиском первого года войны. Он сделал первые шаги но оказался забыт.
Эта машина была разработана конструкторским бюро Ленинградского Кировского завода в январе 1940 года в связи с острой необходимостью Красная армия в хорошо защищённом танке с мощным вооружением для борьбы во время советско-финской войны 1939-1940 года. Мощная броня делала танк почти неуязвимым для финской артиллерии. Небольшие (в сравнении с Т-35 и прочими) габариты делали его незаменимым при штурме ДОТов противника. Были и недостатки, главным из которых военные называли маломощную, для борьбы с укреплениями, 76-мм пушку. Вот тут и случилась история, народной волей обращенная на достаточно известный КВ. Почти весь завод в течение нескольких недель работал в авральном режиме для того, что бы выполнить армейский заказ. Сам путь от приказа до готового прототипа занял рекордные 2 недели.
Рождение и боевое крещение танка.
На Кировском заводе решили не мелочиться, и поставить вместо 76-мм пушки 152-мм орудие. Поскольку времени не было, установить его решили в достаточно неказистом металлическом коробе с толщиной стенок около 70-мм. Чтобы сразу расставить все точки, машину на полигоне развернули боком. Выстрел не только не опрокинул корпус, но и не повлиял на силовую установку, в чем опасались инженеры. После пробы орудия машина завелась, как ни в чем не бывало. Испытав еще несколько узлов, установленных именно на эту модификацию, ее отсылают в действующую армию на Карельский перешеек. К моменту появления основная линия обороны была взломана, и война шла к завершению. Несмотря на это, оставалось еще большое количество огневых точек, на штурм которых и отправили опытный образец. В бою он показал себя с самой лучшей стороны. Противотанковая артиллерия не смогла поразить ни одну машину. На одном из КВ «с большой башней», как тогда назывался танк, насчитали 48 попаданий без пробития брони. Само собой, что такое чудо с большой башней тут же оказалось на вооружении, несмотря на многочисленные технические недоработки. Первоначально в качестве вооружения для обновляемого танка рассматривалась 152-мм гаубица образца 1909/30 годов. Она имела подходящие для установки на танк габариты, но при этом ее характеристики были уже недостаточны. Затем взгляд конструкторов и военных пал на 152-мм гаубицу обр. 1938 года, также известную под названием М-10. Огневые характеристики этого орудия были гораздо лучше, чем у предыдущего. В то же время, казенная часть гаубицы и ее противооткатные устройства имели такие размеры, при которых требовалась новая башня. Собственно говоря, большая часть отведенного на создание танка времени ушла на создание новой башни. По сравнению с башней КВ-1 она имела большие габариты, хотя диаметр погона остался прежним. Благодаря этому не понадобились трудоемкие переделки бронекорпуса и ряда систем. Новая башня получила индекс МТ-1. Примечательно, что новый тяжелый танк с гаубицей большего калибра в документах обозначался как «танк с большой башней». Оригинальный КВ, в свою очередь, в этот период значился под названием «танк с малой башней».
В ходе глубокой модернизации танка КВ была немного изменена ходовая часть. Трансмиссия, гусеничный движитель и ряд сопутствующих систем остался без изменений. При этом был установлен новый двигатель. Дизель В-2К после доработки имел большую мощность – 600 лошадиных сил – что, однако, не дало значительного повышения характеристик. Дело в том, что новая башня утяжелила машину и весь прирост в мощности был «съеден» разницей в весе. Бронекорпус танка с толщиной катаных плит от 75 мм (лоб и борт) до 30 (крыша) обеспечивал защиту от подавляющего большинства существовавших в то время противотанковых орудий. Бронеплиты толщиной в 75 миллиметров имели хороший уровень защиты, поэтому новая башня МТ-1 собиралась именно из них. Все четыре стенки башни изготовлялись толщиной в семь с половиной сантиметров, крыша – в три, а маска орудия достигала толщины в 110 миллиметров. Из-за новой башни и более серьезного орудия «танк с большой башней» был почти на десять тонн тяжелее исходного КВ и имел боевую массу в 52 тонны. При этом удельная мощность обеих бронемашин, ввиду разных двигателей, была примерно равной и равнялась 11-11,5 лошадиным силам на тонну веса. Вооружение «танка с большой башней» имело в своем составе одно орудие и три пулемета. 152-мм гаубица М-10 в ее танковом варианте монтировалась на цапфах в крупногабаритной башне. Система ее креплений была сконструирована таким образом, что орудие было полностью уравновешенным. Однако конструкторам СКБ-2 не удалось уравновесить всю башню целиком. Из-за этого центр тяжести башни с орудием находился не на ее оси вращения. В боевых условиях это приводило к тому, что танкистам приходилось внимательно следить за креном своей машины – при перекосе больше определенного значения электромотор поворота башни не справлялся со своей работой. Наведение орудия по горизонтали производилось поворотом башни. Углы вертикальной наводки находились в пределах от -3° до +18°. Кроме того, при необходимости экипаж танка мог производить т.н. «ювелирную наводку». Для этого башня фиксировалась, а орудие перемещалось в пределе горизонтального сектора шириной в несколько градусов. Боекомплект гаубицы составлял 36 снарядов раздельного заряжания. Первоначально планировалось выдавать танкистам только осколочно-фугасные гаубичные гранаты ОФ-530. Однако на практике новый тяжелый танк мог использовать почти любые снаряды калибра 152 миллиметра. Уже в ходе Финской войны «танки с большой башней» успешно вели огонь бетонобойными снарядами. Крупные габариты казенника орудия, а также особенности его крепления потребовали сделать в заднем листе башни специальную дверь. Через нее на заводе устанавливалась гаубица. В частях дверь использовалась для ремонта орудия, загрузки боекомплекта и посадки экипажа.
В ходе войсковых испытаний была собрана необходимая для улучшений информация. В частности, была расширена номенклатура допустимых боеприпасов – именно укрепления линии Маннергейма стали теми объектами, благодаря которым «танк с большой башней» стал стрелять бетонобойными снарядами. Также военные высказали ряд предложений относительно компоновки новой башни. В соответствии с этими рекомендациями, во второй половине 1940 года инженеры СКБ-2 доработали ее форму. В первую очередь, переделке подверглись ее габариты. Обновленная башня танка имела меньшую высоту и обозначалась индексом МТ-2. Одновременно с этим изменили форму лобовой и бортовых плит. Для удобства сборки лоб башни стал прямоугольным, а не трапециевидным, как раньше. Также переработали маску орудия и ввели несколько менее крупных усовершенствован. В начале 1941 года новый танк был принят на вооружение под обозначением КВ-2. Серийное производство было развернуто на ленинградском Кировском заводе. КВ-2 выпускался до октября 1941 года. В первые месяцы войны выпуск тяжелых танков постепенно снижался.
Несмотря на сравнительно небольшое количество изготовленных танков КВ-2, на фронтах Великой Отечественной войны они произвели настоящий фурор. Своими 152-мм снарядами тяжелые танки уверенно поражали всю имевшуюся на тот момент немецкую бронетехнику. Бронирования, в свою очередь, хватало для защиты от подавляющего большинства пушек. Более-менее нормально бороться с «Климами Ворошиловыми» второй модели могли только 88-мм зенитные пушки. Однако дуэль танка и зенитчиков не имела заранее понятного результата: за счет большего калибра танк мог уничтожить расчет орудия, не входя в зону гарантированного поражения. К тому же танкисты располагались за полноценными листами брони, а не за противопульным щитком пушки. В целом, КВ-2 был грозной силой, которого стоило бояться. Для немцев встреча с КВ-2 стала настоящим шоком. Основной период жизни и боевой работы танков КВ-2 пришелся на самые тяжелые времена Великой Отечественной войны. Из-за этого танки несли большие потери, в первую очередь, небоевые. Это стало одной из главных причин того, что из трех с лишним сотен собранных танков до нашего времени дожил только один. Сейчас он является экспонатом Центрального музея Вооруженных сил.