Найти в Дзене

Про нормальную жизнь

Димка и Яна с визгами бегали вокруг горки. Сейчас их юные головки занимала только игра. Дети были счастливы и абсолютно беззаботны, чего нельзя было сказать об их матери, наблюдающей за игрой с обшарпанной лавочки. Низкое осеннее небо было затянуто тяжёлыми дождевыми облаками. Но не только из-за них сидящая на лавочке женщина выглядела такой безрадостной и серой. Она и чувствовала себя серой, одинокой и безжизненной. Безразмерное серое пальто подчёркивало худобу и бледность, сливалось с неухоженными, бесцветными волосами, отчаянно нуждавшимся в стрижке. Джинсы 6-летней давности, старше сына, Димки. Полусапожки без каблука: каждый раз молния на одном из них зловеще рычала, предупреждая, что скоро окончательно перестанет выполнять свою функцию. Женщину звали Дашей. По паспорту ей было всего 22, но она и сама в это не верила, каждый день видя в зеркале уставшую и измотанную тётку, лет 40, не меньше. Не удивительно, что муж давно перестал видеть в ней женщину. Как же она, дерзкая, красивая

Димка и Яна с визгами бегали вокруг горки. Сейчас их юные головки занимала только игра. Дети были счастливы и абсолютно беззаботны, чего нельзя было сказать об их матери, наблюдающей за игрой с обшарпанной лавочки.

Низкое осеннее небо было затянуто тяжёлыми дождевыми облаками. Но не только из-за них сидящая на лавочке женщина выглядела такой безрадостной и серой. Она и чувствовала себя серой, одинокой и безжизненной.

Безразмерное серое пальто подчёркивало худобу и бледность, сливалось с неухоженными, бесцветными волосами, отчаянно нуждавшимся в стрижке. Джинсы 6-летней давности, старше сына, Димки. Полусапожки без каблука: каждый раз молния на одном из них зловеще рычала, предупреждая, что скоро окончательно перестанет выполнять свою функцию.

Женщину звали Дашей. По паспорту ей было всего 22, но она и сама в это не верила, каждый день видя в зеркале уставшую и измотанную тётку, лет 40, не меньше. Не удивительно, что муж давно перестал видеть в ней женщину.

Как же она, дерзкая, красивая девочка, докатилась до такой жизни? В какой момент это случилось? Даше казалось, что последние 5 лет она жила чужой жизнью...

Дашка всегда была душой компании. Когда она заходила в комнату, все взгляды обращались к ней. Ей восхищались мальчишки и мужчины постарше, подружки завидовали и вздыхали.

Будущий муж тоже был покорён Дашей, влюбился с первого взгляда. Так и сказал. А она поверила.

Володя отличался от всех мужчин, что всегда были с ней рядом. Ему было 24 года, 17-летней Даше он казался жутко взрослым, умным и привлекательным. Володя не ждал от неё первого шага, он взял их стремительный роман в свои надёжные руки: планировал свидания, забирал из колледжа, дарил цветы и сладости, занимал всё её свободное время.

Дашка была уверена, что он её любит и не может без неё и минуты прожить. А потом она забеременела. 17 лет, у неё нет ни образования, ни работы. Зато есть надёжный Володя, с которым ничего не страшно!

Родители восторгов не разделяли: рано заводить детей, как же рано и необдуманно. Но раз уж случилось, надо рожать. И создавать семью.

Володя согласился. Без особых восторгов. Даша списала это на волнение.

Свадьба была скромной. Жених уверял, что нет смысла пускать пыль в глаза, сэкономленные деньги он решил вложить в ремонт старенькой бабушкиной однушки, в которой молодожены и собирались поселиться.

Родители Даши идею поддержали и даже внесли свой небольшой вклад в качестве свадебного подарка. Володя не оценил: этого мало, с его стороны квартира, а тут только на пару стульев хватит! После этого разговора дашины родители свели к минимуму общение с зятем. В гости не приезжали, только звонили Даше иногда.

Семейная жизнь не задалась. Даша тяжело переносила беременность, бывали дни, когда она даже с кровати подняться не могла. Володя злился, часто срывался. Денег не хватало. Ремонт он так и не закончил - местами от стен отваливались обои, в ванной прочно поселилась плесень...

Когда родился Димка стало только хуже. Бессонные ночи перетекали в однообразные дни. Даша валилась с ног от усталости: бесконечная стирка и глажка, уборка и готовка изматывали её. Гулять с сыном не было сил, от свежего воздуха кружилась голова и подкашивались ноги.

Муж не помогал. Он считал детей чисто женским делом, даже за лекарствами для Димки в аптеку сходить отказывался. Да и денег на них не было, они с трудом сводили концы с концами.

Даша перестала следить за собой, она практически не спала и мало ела. Так прошел год. Подруг у девушки не осталось - она не находила в себе сил общаться, да и стыдно было признаться в том, как она сейчас живёт.

А потом Даша снова забеременела. Она даже не заметила этого, пока не стало слишком поздно. Аборт делать уже было нельзя. Володя махнул рукой:

-Рожай, раз ты такая глупая. Предохраняться не умеешь? Вот и терпи теперь.

Бросил ей пару сотен и уехал к друзьям, чтобы подумать и отдохнуть...

И вот Даша сидит на холодной лавке во дворе старой пятиэтажки. Она слышит крики детей словно сквозь вакуум. В голове пустота. Нет никаких желаний, нет сил что-то планировать, нет сил так жить, нет сил уйти.

Володя открыто гуляет. Денег не хватает, Даша уже забыла вкус фруктов и шоколада. У них небогатое меню, на завтрак гречка, на обед и ужин макароны.

Дети носят вещи, которые за ненадобностью отдают знакомые и соседи. О новых можно только мечтать. Даша последний раз покупала что-то себе еще до замужества.

Она смотрит на часы на запястье. Скоро 2. Пора кормить Яну с Димкой обедом. Она встаёт, от слабости кружится голова. Нужно несколько секунд, чтобы это прошло. Покачиваясь идёт к детям, берёт за руки и ведёт к подъезду.

"И что я себя жалею? У Вальки из третьего подъезда ещё хуже, муж пьёт и всё из дома несёт. Мать Егора из Димкиной группы в саду вечно с синяками, бьёт ее любимый-единственный... Вовка хоть руки не распускает. А скоро Яна в садик пойдёт, полегче будет. Пойду работать, в колледже восстановлюсь, диплом получу. Отец совсем сдал, надо бы помочь... Ничего, все так живут, да не жалуются. Зато я замужем, а одной-то плохо..."