Это была единственная неделя, которую мне по моим многочисленным просьбам бабушка разрешила провести в детском саду. Уставшая от моих проделок няня Соня была отправлена на короткую передышку, и меня с напутствием вести себя хорошо привели в этот райский уголок.
Первый же день подарил откровение: белокурый ангелок Леночка, ковыряясь в песочнице одной рукой, другой самозабвенно кормила себя носовым слизистым секретом. Я ошарашенно и на полном автоматизме била ее лопаткой по голове, пытаясь развидеть эту картину.
После дневного сна я влюбилась в рыжего конопатого Сережку и стащила у него маленькую машинку скорой помощи. Я притащила ее домой в трусах. Смекалистая девочка, я уже тогда знала, где можно прятать мелкие предметы!
На второй день я перешла к активному членовредительству. Я до сих пор не могу понять мотива этого поступка. Притащив половину кирпича с конца детской площадки, я влезла на детскую горку и стала поджидать жертву. Кирпич полетел вниз и чудом никого серьёзно не травмировал.
На следущий день я носилась по саду с железным прутом и вопила, как иерихонская труба детского калибра: «Кому дать, кому дать, кому голову сломать?». Слава Богу, никому не дала, да никто вроде и не просил. К вечеру научила детей есть клей с вишневых дерев, предварительно смочив его слюной и намотав на палочку.
Четверг был рыбным днём, и уже с утра я ощущала этот невыносимый запах, доносящийся из здания кухни, а уж когда нянечки принесли ведра с едой и мне в тарелку плюхнулся кусок скользкой рыбины, я отодвинула тарелку и заявила:
– Это я есть не буду.
– Будешь, куда ты денешься. Ешь. – Суровая воспитательница детских душ Раиса Ивановна нависла надо мной всей громадой внушительного бюста.
За эти четыре неполных дня я успела изрядно надоесть ей, и лишь мысль о том, что скоро неделя моего пребывания в саду заканчивается, позволяла Раисе терпеть мои выходки. Спокойный час я превратила в беспокойный, рассказывая детям замогильным голосом страшные казахские сказки про зарезанных богатырей и пери с железными когтями. Девочки плакали, а мальчики прятали тельца под простынями и вздрагивали. Купание в бассейне я превратила в прыжки через бортик, и вот теперь отказывалась есть обед в святой рыбный день!
Что она только ни делала. Уговаривала, угрожала, настаивала, поднося нелюбимый мною продукт к моим губам. Она даже пыталась надавить мне на щёки, чтобы я открыла рот. Дети отложили ложки и уставились на наше противостояние. Даже белокурый ангелок Леночка забыла вытащить свой палец из носа и отправить его в рот, а вши в густых волосах Ферузки попадали от обморока на стол.
– Ты не встанешь из-за стола, пока не вылижешь свою тарелку! И компот ты не получишь тоже! – Раиса отошла от меня и гаркнула на весь коридор:
– Доедайте быстро и всем тихий час! Кто не доест и не будет спать, накажу!
Я осталась за столом в одиночестве. Я и тарелка с рыбой, которую я просто ужасно не любила. Очень захотелось домой, к любимой бабушке, с которой было легко, комфортно и весело, а няня Соня была больше взрослой подружкой, чем няней.
Я встала и направилась к выходу. Сильный рывок вернул меня к столу и руки Раисы пригнули мое лицо к тарелке.
– Ешь, я сказала, маленькая дрянь! Пока тарелка не будет пустой, я тебя не выпущу никуда, даже в туалет!
Я была незнакома с таким отношением, когда через силу, против воли, кого-то заставляли что-то сделать. Ни бабушка, ни дед никогда не повышали на меня голос, хотя хулиганкой в свои шесть я была той ещё...
«Пока тарелка не будет пустой» прозвучало для меня как загадка, которую нужно решить немедленно, а фраза «маленькая дрянь» подсказала способ решения.
Тарелку с рыбой я аккуратно припечатала к животу Раисы и отскочила к двери.
– Я маленький клоп, но вонючий! – выкрикнула я услышанную где-то фразу и покинула детский сад, это рыбное угодье, этот рассадник плаксивых девчонок, преодолев забор и перейдя улицу к своему дому, который располагался аккурат напротив детского сада.
Потом выяснилось, что вся наша группа отравилась этой самой рыбой, вся, кроме меня, потому что только моя порция не попала по назначению.
Играя впоследствии на улице, возле дома, я часто, но уже без восхищения, смотрела на решётку входных ворот детского сада, за которой бурлила другая жизнь, ранее казавшаяся мне такой загадочной и притягательной.
А недавно в одной из соцсетей нашла меня вдруг та самая Леночка и спросила, помню ли я того белокурого ангелочка. Конечно, помню, ответила я и написала эту историю.
Читайте еще: