Найти в Дзене

Урбанизация и смерть города

Современная городская архитектура - смерть старого и начало новой бездушной жизни. Что мы чувствуем, когда видим, как в исторических центрах сносят старые дома? Какова цена урбанизации? Новому человеку - новый дом! Новой конструкции! Максимально практичный! Максимально обезличенный! Эти заигрывания со словом "новый" сначала вызывали восторг. А потом горечь и тошноту.
"Исторический центр"! Эти слова люди произносят в особым удовольствием, охотно вставляют в путеводители. Часто даже не задумываясь, откуда эта непреодолимая притягательность.
сторический центр моего маленького города. Я помню, как с замиранием сердца ходила вокруг этих домов, рассматривала кружевные наличники, прижималась щекой к бирюзовому забору, чтобы хоть одним глазком посмотреть на жизнь людей, которые поселились в таком удивительном, "живом доме".
У каждого такого деревянного здания были своё лицо, свой характер. Одно в стиле модерн, с претенциозными вытянутыми резными украшениями. Вид у него был горделивый, но ар

Современная городская архитектура - смерть старого и начало новой бездушной жизни. Что мы чувствуем, когда видим, как в исторических центрах сносят старые дома? Какова цена урбанизации?

Новому человеку - новый дом! Новой конструкции! Максимально практичный! Максимально обезличенный! Эти заигрывания со словом "новый" сначала вызывали восторг. А потом горечь и тошноту.

"Исторический центр"! Эти слова люди произносят в особым удовольствием, охотно вставляют в путеводители. Часто даже не задумываясь, откуда эта непреодолимая притягательность.

сторический центр моего маленького города. Я помню, как с замиранием сердца ходила вокруг этих домов, рассматривала кружевные наличники, прижималась щекой к бирюзовому забору, чтобы хоть одним глазком посмотреть на жизнь людей, которые поселились в таком удивительном, "живом доме".

У каждого такого деревянного здания были своё лицо, свой характер. Одно в стиле модерн, с претенциозными вытянутыми резными украшениями. Вид у него был горделивый, но архитектурные несовершенства все-таки выдавали провинциала. Окружающие дома, выкрашенные голубой, желтой и розовой краской, посматривали на него с завистью и, если бы могли говорить, обязательно назвали бы выскочкой. У них-то всё было как заведено и как положено: приземистые, основательные, с любовью украшенные старомодными наличниками. Кстати, тоже возможность выделиться и похвастаться перед другими домами.

И вот он стоит передо мной - этот дом-загадка, который занимал мои мысли и будил воображение. Теперь он мертвый. Окна глаз выбиты, рот дверного проема пустой и пугающе черный. Его розовых, желтых и голубых соседей тоже не пощадили - вот они, рядом, безглазые и немые. Конечно, это всё сделали по инструкции: во избежание и прочее. Но мне больно смотреть. Это не старье какое-то выкинули на помойку. Это кусочек моего детства был изуродован и стерт с лица города.

Здание под снос в г. Тула, фото из личной коллекции. / Елена Блинова / Фото из личной коллекции автора статьи

Здание под снос в г. Тула, фото из личной коллекции. / Елена Блинова / Фото из личной коллекции автора статьи

А на двери красуется объявление: "Решением администрации дом признан аварийным". Тех, кто здесь обитал, ждет новая жизнь - в панельной коробке на окраинной улице с издевательским названием "Новоселов".
Добро пожаловать в "машину для жизни"! Приятный бонус - теперь вы будете чувствовать себя как дома абсолютно везде, потому что современный город населен этими уродливыми бездушными серыми коробками. Если нам завязать глаза, отвезти в другой город и затем высадить в любом спальном районе, угадать наше местоположение помогут разве что таблички с названиями улиц. Сами серые коробки ничего не рассказывают.

Если попросить маленького ребенка нарисовать домик, он не примется чертить серую коробку. Пока еще.