Приветствую вас на канале сумасшедшего!
Сегодня вас ждет очередной мой бред!
Склонняющейся Армией; ' И чтобы весь день рвали на части бедную Маринку, а она тихо лежала на паркете, закатывала глазки и обещала быть маленькой!' - жестко процитировал Витя. - На вечеринке по случаю дня рождения на шее, наверное, висят солнечные очки... Марина только наполовину надевала. А на груди - серебряные сережки. Это она их золотые сережки и носит... Танька! Маринка, ты меня слышишь? Мое! Бери. Все, все. Я хочу домой. Ты, главное, не волнуйся за меня... У меня все будет в порядке. Мама, и ты... О черт! Виктор с усилием поднялся на ноги и схватился за сердце. - Что такое? - всполошилась Таня. - У тебя опять синяки под глазами... Дай-ка я... - Виктор, не обращая на Танину помощь никакого внимания, сел на диван. - Так. Так. Надо тебе не волноваться за меня, - сказал он. - Я спать хочу. Ты правильно сделала. Я с самого утра ничего не ел. И потом, у меня мобильник разрядился. Приходи, ладно? Тогда я тебе его зазвоню. Во сне я еще могу позвонить... А? Почему? Что случилось? Витя вскочил на ноги и опять сел на диван. - Кажется, я все-таки нажрался. - Что? - Таня опять села рядом. - Не знаю. Мне кажется, мне приснился сон про ящур. Страшный такой сон, страшный. Я все время хотел заехать ему в глаз, но не мог. Мне казалось, что он меня схватит. А он меня только закрывал... Такое у него лицо, когда он увидел. И там были, знаешь, такие янтарные сережки... Как... А, они называются "стекляшки". На меня прямо наехал какой-то корабль... Вот эти... Тоже янтарные... Это... Нет, не помню. Кажется, такая зеленая занавеска... А под ней такая огромная кровать... И какие-то люди на ней спят... Нет, я не запомнил... А потом, - как бы он закрывал глаза, и я опять видел все это... Помнишь, как при лунном свете я сидел на лестнице? Вот так же тогда было... Но теперь все иначе. Сейчас... Теперь все иначе. Теперь он только закрывает глаза... Ну, хорошо. Он точно спит. Пойду что-нибудь перекушу. Олли поднялась с дивана и пошла в комнату брата. Она слышала, как он разговаривает по телефону, но не слышала ничего. У Олли было такое чувство, что он разговаривает не с кем-то из ее знакомых, а с кем-то посторонним. Она знала, что когда человек говорит по телефону со своим другом и не смотрит на экран, в его мозгу происходит именно то, что она чувствовала - между людьми, которых он не видит, устанавливается какая-то невидимая, но тем не менее очень четкая связь. В этом тоже был какой-то смысл. "Сейчас он придет в себя. Потом мы с ним опять станем друзьями, - думала Олли о брать-телецентре. - Но почему я думаю об этом сейчас? Сначала они уехали в Америку, а теперь он уже совсем не приходит в себя... И как он может валяться в постели по нескольку дней?