Капсула оплавилась. Трава под ней не выгорела, а просто мгновенно превратилась в дым. При полном безветрии он не развеялся, а низко стелился над землёй, скапливался в ложбинках и обвивал стволы деревьев. Я сидел на большом валуне, бессильно свесив руки, и уныло смотрел на разрушенную надежду вырваться с этой чёртовой планеты. Мы прибыли сюда с целью проверки результатов давнего эксперимента, о котором почти все забыли, кроме нескольких сотрудников Центра. Однако корабль при выходе из гиперпространства неожиданно попал в метеоритный поток. Мне удалось выбраться, но приземление было неудачным. И если из капсулы я ещё как-то мог связаться с Центром и попросить о помощи, то теперь никакой возможности сообщить о проблеме у меня не было.
Планета, так напоминающая нашу, была абсолютно враждебной. Резкие смены климатических зон, постоянные циклоны, засушливые пустыни, леса, где каждый день лили проливные дожди... Планета продолжала своё формирование. Извергались вулканы. Землетрясения порождали разрушительные цунами. Кроме того, обилие опасных микроорганизмов, которыми кишел этот мир, делало его абсолютно непригодным для нас. Однако когда-то давно мы, не полагаясь на возможность естественного регулирования населения, решили сделать попытку освоения этого мира. Сюда отправился корабль с переселенцами. Отправился и исчез. Последний сигнал был получен с него при попытке выхода на орбиту.
И вот теперь на этой дикой планете очутился я. Без надежды на спасение. Нужно было найти воду. Затем решить вопрос с ночлегом. Есть мне пока не хотелось. Вероятно, сказывались последствия шока. Я с трудом поднялся и заковылял в чащу, наугад, надеясь на удачу, с трудом превозмогая дрожь в коленях. Ручей я нашёл достаточно быстро. От ледяной воды свело скулы. Я умылся, почувствовав облегчение, и повалился в траву на берегу. Занимался рассвет. Гасли далёкие и недосягаемые звёзды. Тёмные верхушки деревьев наливались сочными оттенками зелени. Пищала какая-то мошкара, но от усталости я не чувствовал укусов. Глаза закрылись, и я провалился в сон.
Проснулся я от того, что кто-то тряс меня за плечо. С трудом подняв тяжёлые веки, я увидел над собой... Человека! Да, такого же человека, только лицо его заросло густой шерстью, да и одет он был как-то странно. Хотя, наверное, его одежда помогала ему защититься от назойливой мошкары. Увидев, что я открыл глаза, он что-то заговорил. Я не понимал ни слова. Его сильные руки ощупали мои руки и ноги, словно он хотел убедиться, что они на месте. Затем он снова что-то сказал и протянул мне руку. Я ухватился за неё и поднялся на ноги. Он заглянул мне в лицо и легонько толкнул в спину, показывая, что нужно идти за ним....
- Мань, подлей ему ещё щей. Пущай ест. Намучился, бедолага. Иностранец, что ль. Глянь, одет чудно и по-нашему ни бельмеса.
- Отстань ты от человека! Иди побрейся лучше. Ходишь, как медведь. Внуки приедут - испугаются! — и сердобольная баба Маша до краёв налила щей в тарелку чудного незнакомца, щедро положив сверху густой сметаны...и добавила:
-Ешь..может заглушишь перегар то.